В процессе нагорно-карабахского урегулирования наметился новый (хотя и нельзя сказать, что очень неожиданный) поворот. Находясь с визитом в Сирии, президент Армении Серж Саркисян заявил, что Армения готова к некоторым уступкам со своей стороны. Речь идет о передаче под контроль Азербайджана районов вокруг Нагорного Карабаха при получении гарантий безопасности для армянской общины. В интервью сирийскому изданию «Аль Ватан» Саркисян обрисовал свое видение проблемы следующим образом: «Когда народ Карабаха получит реальную возможность осуществить свое право на самоопределение и будут созданы действенные механизмы безопасности и развития, то в качестве взаимной уступки армянской стороны может рассматриваться возврат территорий вокруг Нагорного Карабаха Азербайджану. Но, конечно, с сохранением коридора, связующего Нагорный Карабах с Арменией». Речь идет о Лачинском районе, который, будучи под контролем Баку превращал Карабах в анклав, не связанный с «большой Арменией».

Данное заявление получило осторожную поддержку в Турции и вызвало, мягко говоря, неоднозначную реакцию в Армении и в непризнанной Нагорно-Карабахской Республике. Чтобы не увлекаться излишним цитированием мнений и позиций различных армянских политиков, суммируем те критические оценки, которые до сих пор звучат в Ереване и в Степанакерте. Среди них есть и откровенно популистские, которые рассматривают интервью «Аль-Ватану», как часть «заговора против Армении» или «предательства» армянского народа. Но есть и довольно серьезные аргументы, на которых следовало бы остановиться подробнее.

Во-первых, в вину Саркисяну ставят игнорирование мнения армян Нагорного Карабаха. Можно по-разному оценивать степень реальной самостоятельности НКР, однако нельзя не увидеть того, что лежит на поверхности. Будущее решение конфликта - это в первую очередь, будущее карабахских армян (в равной степени и азербайджанцев из оккупированных районов). Именно они, а не жители Еревана или Дилижана кровно заинтересованы в определении и статуса, и других спорных моментов. Выступая как бы от имени карабахских армян, Саркисян и в самом деле делает неоднозначный шаг. Он показывает, что Ереван может манипулировать мнением армян Нагорного Карабаха. И уж точно определять перспективы НКР. Отсюда и критический пафос оппонентов президента Армении. И без его интервью Баку делает все, чтобы представить конфликт, как противостояние с Ереваном, а не с армянской общиной Карабаха. Во-вторых, президента Армении критикуют за то, что он пытается идти на уступки, не получая в результате этого «размена» адекватной компенсации. Данный критический тезис базируется на отсутствии доверия к Азербайджану. Логика выстраивается следующая. Не факт, что одна уступка армянской стороны не приведет к десяткам новых односторонних уступок. Представители же карабахского истеблишмента вообще полагают, что уход из оккупированных районов (в НКР их называют «зоной безопасности») лишь раззадорит Азербайджан, спровоцирует его на новые жесткие действия (включая и использование военной силы против армян Карабаха).

В-третьих, заявление Саркисяна его оппонентами встраивается в общий критический контекст неудовлетворительной внешней политики Еревана в последние три года (уступки Турции по вопросу о признании геноцида, активизация переговорного процесса с Азербайджаном в ущерб интересам Армении и карабахских армян). Здесь каждое лыко в строку, и президента обвиняют в том, что свои мирные инициативы он озвучил в Сирии, а не у себя на родине.

Но так ли уж уступает Саркисян, озвучивая свое предложение по «размену» в Нагорном Карабахе? Более глубокие размышления показывают, что инициатива президента Армении далеко не так проста, как кажется кому-то на первый взгляд. Начнем с того, что глава государства в отличие от представителей оппозиции или лидеров НПО вовлечен в переговорный процесс, в ходе которого он подвергается жесткому давлению со стороны великих держав. И Россия, и США ждут от него хоть какого-нибудь видимого жеста, который можно было бы представить, как «прогресс». И Москве, и Вашингтону нужны позитивные отношения с Турцией, а Анкара недвусмысленно привязывает прогресс в нормализации отношений с Арменией не к прорыву, а хотя бы к промежуточному компромиссу по Карабаху. Может ли в этой ситуации лидер с любой фамилией артачиться и игнорировать мнение «сильных мира сего»? Вряд ли. Если мы внимательно посмотрим на смысл заявления Саркисяна, то увидим, что оно вполне укладывается в формат «обновленных Мадридских принципов». Сам этот документ является «сырым», однако он дает общий эскиз возможных дипломатических разменов. Баку получает под контроль 5 районов, а армянская сторона Карабах плюс коридоры с Арменией (про Кельбаджар в «принципах» прямо не говорится, упоминается лишь Лачин, но «по умолчанию» он подразумевается в «пакете» с НКР и «дорогой жизни»). Повторимся еще раз, размены придется делать всем. Тотальной победы не будет. Просто потому, что «великие державы» на сегодняшний день определили такие правила игры. Это не плохо и не хорошо, но уступать придется всем. Для Армении это сложнее, здесь есть определенное автономное публичное пространство, два бывших президента в любое время могут сказать свое веское слово. В Азербайджане это проще, там нет реальной оппозиции, и мнение сына великого отца может гораздо легче дойти до сердца каждого гражданина. Но Ереван при этом понимает, что у Баку, как у проигравшей стороны, планка требований максималистская. Другой она просто не может быть! Азербайджанское руководство полагает, что проведение референдума по статусу Нагорного Карабаха невозможно до полного вывода армянских сил из прилегающих к нему районов. Таким образом, выстраивается скорее не «разменная» конфигурация, а стремление сначала что-то взять у противника. С непонятными перспективами по адекватному обмену. Поэтому Саркисян (и его дипломатическая команда) понимают, что даже «сирийская инициатива» будет с гневом отклонена Азербайджаном. Ведь там статус Нагорного Карабаха не является предметом торга. Следовательно, можно и мирные инициативы продемонстрировать, и заодно после их отторжения, взять паузу.

Нынешний президент Армении менее всего похож на правозащитника на троне. Он сам сделал свою карьеру благодаря Карабаху. Там он сначала сделал свой комсомольский старт, а затем принял участие в «движении» (так в НКР называют участие в борьбе за этнополитическое самоопределение в период «перестройки») и даже стоял во главе сил самообороны Карабаха. Без «карабахского фактора» его политическая капитализация резко упадет. И никто другой не знает этого лучше. Поэтому его нынешние действия следует рассматривать, как вынужденную позицию, детерминированную внешнеполитическим контекстом. В этой связи хотелось бы также обратить внимание на то, что Саркисян жестко связывает передачу районов Азербайджану с обеспечением безопасности для НКР. Вопрос предоставления гарантий крайне сложно однозначно трактовать. Фактически президент Армении предлагает сделать возврат территорий производным от самоопределения НКР. Есть ли в таком «размене» риски? Безусловно. Наверное, президент Саркисян был бы неприятно поражен, если бы Баку схватился бы за его инициативу и «разменял» бы районы на статус Карабаха и его самоопределение. Но такой сценарий маловероятен. Максималистские планки азербайджанского руководства делают возможность такого «размена» не слишком реалистичной.

И последнее соображение. «Сирийская инициатива» помогла также провести своеобразный мониторинг общественного и экспертного мнения внутри Армении. Из этого мониторинга власть сможет вынести определенные уроки по поводу того, как строить в дальнейшем свою линию. Торг продолжается, мяч передан на сторону Баку. Если там попытаются трактовать инициативу Саркисяна как «только территории», ситуация вряд ли продвинется вперед.

Сергей Маркедонов - политолог, кандидат исторических наук

30.03.2010