20 лет назад, в феврале 1990 года в ответ на агрессивные действия демонстрантов, требовавших отставки правительства, руководство Таджикистана применило силу. В Душанбе начались массовые погромы, в ходе которых нападениям подвергались люди из числа коренного и русскоязычного населения города. Таджикская милиция охраняла лишь центр Душанбе, а 201-я дивизии патрулировала главные улицы города и охраняла свою территорию. И лишь благодаря мужеству горожан, стихийно создавших интернациональные отряды самообороны и прибывшему из России подразделению ВДВ массовые беспорядки были прекращены. В городе погибли 22, и было ранено более 100 человек. Первая кровь стала прологом к гражданской войне, в ходе которой погибло от 100 до 130 тысяч человек, а миллион жителей Таджикистана покинул страну. Но именно с февраля 1990 года начался исход полумиллионного русскоязычного населения из страны. О том, как создавалась и чем живет сегодня российская диаспора Таджикистана, с нашим корреспондентом беседует президент Русского Фонда Таджикистана Валерий Юшин.

- Валерий Иванович, в отличие от сотен тысяч этнических россиян, уехавших из Таджикистана, все эти годы Вы живете и работаете в Душанбе. Расскажите, пожалуйста, об истории российской диаспоры в постсоветский период.

- Давайте сначала договоримся о терминах, в первую очередь – о том, что такое диаспора. Изначально диаспорой называлась часть населения, по тем или иным причинам мигрировавшего в другие страны. Россияне же, жившие в Таджикистане до развала СССР, никуда не мигрировали, а жили многими десятилетиями в едином государстве СССР. В таких случаях я говорю: “Мы не покидали свою страну – это страна покинула нас”, поэтому российскую диаспору правильнее называть русской, российской общиной. «Русская община Таджикистана», которую я возглавлял с 1991 года, была создана на волне душанбинских отрядов самообороны, а потом охватила все города и регионы Таджикистана. Духовно мы находили поддержку в нашем Свято-Никольском храме, и на протяжении всей гражданской войны 1992 – 1997 годов, и затем еще 2 года Русская община была единственной организацией, объединявшей русское и русскоязычное население Таджикистана. И, в отличие от переселенческих организаций, главными целями «Русской общины» было оказание помощи тем, кто не мог или не желал выезжать из Таджикистана и был готов наладить здесь новую жизнь. К сожалению, мы не избежали деструктивных процессов, а проще говоря, попыток развалить Русскую общину изнутри и когда это не удалось, то начали создаваться альтернативные организации, и чем меньше нас становилось, тем больше появлялось организаций.

- А что удалось сделать Вашей организации за эти годы? Чем бы Вы могли гордиться?

- Всякая работа начинается с ее организации. И от того, насколько тщательно организовать дело, зависит успех или неудача того или иного проекта. Могу с удовлетворением сказать, что как представитель «Русской общины Таджикистана», я участвовал в работе исторической 16-й Ходжентской сессии парламента Таджикистана, работе Конституционной комиссии по подготовке новой Конституции Таджикистана, 15-летие принятия которой мы отметили в ноябре 2009 года. Гордостью Таджикистана является ведущий ВУЗ республики - Российско-Таджикский (Славянский) университет, который был создан в 1996 году постановлением Правительства Республики Таджикистан.

- Расскажите, пожалуйста, об этом подробнее.

- Мало кто сейчас помнит, что идея создания этого ВУЗа впервые была высказана мной еще в 1992 году на страницах газеты “Вечерний Душанбе”. А в 1994 году я обратился к главе таджикского государства с предложением создать Славянский университет в Душанбе, после чего благодаря президенту Таджикистана Эмомали Рахмону было принято решение о создании Славянского университета. Российское руководство мы уговаривали еще два года, и эти два года Славянский университет действовал под юрисдикцией Таджикистана в тяжелейших условиях войны, блокады, безденежья и прочих спутников социальных катаклизмов. И только через два года Россия начала финансирование университета. Рассказывая о Славянском университете, я не побоюсь высоких слов, и скажу, что могу гордиться не только разработкой идеи создания этого ВУЗа, но и разработкой многих документов по его созданию, которые легли на стол президентов России и Таджикистана в середине 90-х годов. Сегодня РТСУ занимает большое здание бывшего проектного института «Таджикгипроводхоз», из 800 работников которого к 1996 году осталось не более 30 человек, и отдать ВУЗу это здание - тоже было нашим предложением.

- Период гражданской войны в Таджикистане 90-х годов был крайне скупо освещен в российских СМИ. И сейчас, когда этнические россияне годами не могут получить гражданство, многие молодые российские чиновники удивляются: «А что, у вас там была война?»…

- Тогда, в период гражданской войны, меня, как эксперта, приглашали для участия во многих, в том числе и закрытых совещаниях, - когда в Таджикистан прибывали высшие российские правительственные чиновники, включая министра иностранных дел России Андрея Козырева. И в случаях, когда решались вопросы присутствия в Таджикистане 201-й дивизии и российских погранвойск, российскому руководству излагалась четкая позиция руководства «Русской общины Таджикистана». Вспоминаю очень тяжелый 1992 год, когда в июле Хороге было подписано первое, пусть еще и локальное, но уже – мирное соглашение, под которым стоит и моя подпись наряду с другими участниками от общественных организаций и политических партий. И в том миротворческом процессе, когда в результате усилий воюющих сторон и общественности в 1997 году было заключено мирное соглашение – есть вклад и нашей общины. Представьте себе – в какой обстановке приходилась работать здесь российским военным и дипломатам – идут бои в горных районах, уличные бои в самом Душанбе, государственный аппарат разрушен, партий нет, милиции нет, денег нет. Нет ничего, кроме желания как-то помочь людям, и деятельность «Русской общины Таджикистана» способствовала преодолению хаоса и восстановлению конституционного порядка.

- Мне известно, что значит для журналистов находиться в зонах военных действий. Но зачем было Вам, гражданскому человеку, работать в «горячих точках»? Ведь там никто не страхует…

- Ну а как же?! А кто же будет работать на достижение мира в стране, где мы живем? Я не переоцениваю наш вклад в миротворческий процесс, поскольку именно таджики нашли в себе силы и желание примириться, однако убить могли любого и в любой день. Вспоминаю случай, когда в назначенный день после подписания Хорогского мирного соглашения в июле 1992 года из 15 человек миротворческой комиссии, направлявшейся в Куляб, в поездку отправилось только четверо, остальные по “уважительным причинам” не поехали. Мы встречались с лидером Народного фронта Сангаком Сафаровым, а затем в Курган-Тюбе уже в расширенном составе вели общие мирные переговоры. Мы понимали – если не установится конституционный порядок, ни о каком будущем Таджикистана говорить не придется. В конце гражданской войны «Русская община Таджикистана» принимала участие в создании Общественного совета Республики Таджикистан (членом которого я являюсь с момента его основания), который успешно действует и сейчас под председательством президента Таджикистана Эмомали Рахмона.

- Известно, в Таджикистане создано и работает несколько национальных общин этнических россиян. Насколько развиты их связи с Россией?

- Сегодня число национальных общин этнических россиян не ограничивается русским общинами. Созданы и успешно работают другие национальные организации российских соотечественников – татарско-башкирский культурный центр, общество осетин. Работает Совет российских соотечественников. В 2001 году я инициировал создание Русского Фонда Таджикистана. Наконец, мы создали в прошлом году Координационный совет российских соотечественников Таджикистана, успешно провели Региональную конференцию соотечественников стран Центральной Азии, участвовали в III Всемирном конгрессе российских соотечественников в декабре 2009 года Москве.

- Интересно, а не говорили ли Вам, что своей работой Вы сдерживаете отъезд коренных россиян из Таджикистана в Россию?

- Да, кое-кто меня упрекал в этом. Упрекали и в «предательстве» и в «некомпетентности». Но, как показало время, тогда мы оказались правы - российские соотечественники, оставшиеся жить в Таджикистане, не поддались панике. Многие не побросали свои дома и квартиры, а спустя несколько лет смогли по рыночной цене продать свои жилища и устроиться в России.

- А какова сегодня численность этнических россиян, живущих в Таджикистане?

- Что касается численности, точную цифру никто не скажет. По последней переписи населения Таджикистана 2000 года в нем проживало 60 тысяч русских, но сегодня эта цифра не соответствует реальности. По моим оценкам, русских в Таджикистане осталось порядка 10 тысяч (не считая военных 201-й российской базы), плюс несколько тысяч других этнических россиян - татар, башкир, осетин. Основная их масса живет в 4 – 5 крупных городах, а в районах республики - русских и других этнических россиян практически не осталось – счет идет на сотни. К сожалению, нам не удается пока согласовать с Посольством России вопрос о проведении социально-демографических исследований состояния российских соотечественников в Таджикистане, хотя проведение таких исследований предусмотрено Правительственной комиссией РФ по делам соотечественников и на это выделяются деньги.

- В России принят и действует Закон "О государственной политике РФ в отношении соотечественников за рубежом ". Полностью ли он отвечает интересам этнических россиян, живущих в Таджикистане?

- Этот закон (разработка которого впервые была инициирована еще Всемирным Русским Собором в 1993 года), принимался десять лет назад – в 1999 году, когда было сильно влияние фракции коммунистов в Государственной Думе. Именно тогда, в закон была внесена норма, определяющая российских соотечественников как бывших граждан СССР, независимо от национальности и гражданства. Еще тогда мы пытались убедить депутатов ограничить понятие «российский соотечественник». Предлагали считать соотечественниками этнических россиян, то есть представителей коренных народов Российской Федерации, плюс граждан России независимо от национальности, проживающие в других странах СНГ и Балтии. Потому что это соответствовало бы политической логике и идее национального воссоединения русских и других народов России. При этом я не отвергаю возможность приобретения российского гражданства коренными жителям любой станы и любой национальности, - это предусмотрено соответствующим российским законом.

- А что произошло?

- Возобладала идея “единства бывших советских народов”, вопреки идее национального воссоединения на основании “принципа крови” действующего в международном праве по гражданству. Сейчас политикам и многим депутатам стало очевидно, что российский соотечественник, проживающий за пределами России – это, прежде всего, этнический россиянин. Русский, татарин, башкир, осетин, бурят, дагестанец… Мы являемся россиянами - как и граждане России. Потому что сохраняем свою национальную идентичность, веру, культуру, язык, историческую память. А это - то, без чего народы России за ее пределам станут статистическим населением. Что же касается российских соотечественников в Таджикистане, то большинство из них имеет российское гражданство. Это дает им юридическое право быть российскими соотечественниками в самом прямом, а не бюрократическом смысле этого понятия. К сожалению, право на двойное гражданство реализовано на договорной основе у России только с Таджикистаном. И российские соотечественники, проживающие в других странах СНГ иметь двойное (еще и российское) гражданство не могут. Кстати, идея двойного гражданства в Таджикистане – также была выдвинута Русской общиной в 1992 году на основании 62 статьи Конституции России, которую еще никто не отменял. И боролись мы за это пять лет.

- Насколько Россия сегодня знает о состоянии своих соотечественников в Таджикистане и в чем помогает им?

- Я могу ответить на этот вопрос так. Россия настолько знает состояние этнических россиян в Таджикистане (да и в других странах), насколько это хотят знать чиновники, отвечающие за знание этого состояния. Конечно, есть Закон "О государственной политике РФ в отношении соотечественников за рубежом ". На основании этого закона Правительство России разрабатывает программы, а под программы выделяют деньги. Программы формируются с учетом потребностей соотечественников, о которых правительство России информируют, прежде всего посольства России в странах СНГ. Лидеры организаций соотечественников периодически встречаются на конгрессах и конференциях, общаются между собой и с работниками российских посольств…

- Но в полной ли мере, на Ваш взгляд, учитывает интересы соотечественников действующее российское законодательство?

- Полагаю, что нет. Закон о соотечественниках требует существенной доработки. Во-вторых, наличие какой-либо программы, или точнее направлений деятельности, утвержденных Правительственной комиссией РФ по делам соотечественников, не означает, что программа будет профинансирована Посольством России. В-третьих, есть объективные сложности, связанные с катастрофическим падением количественных и качественных показателей российских соотечественников в Таджикистане. Некоторые программы нам даются с трудом, некоторые - просто невыполнимы. Тем не менее, уже много лет, начиная с 1993 года, у нас реализуются программы по поддержке ветеранов Великой Отечественной Войны и труда, переподготовке учителей, летнего отдыха детей, прием в ВУЗы России молодых россиян, проведение конференций, празднование дней воинской славы и государственных праздников России. Оказывается финансовая поддержка особо нуждающимся гражданам.

- А что еще, на Ваш взгляд, могло бы сделать правительство России для соотечественников?

- У нас практически не поддерживаются интеллектуальные проекты - издание книг, создание русского архива и электронной базы данных по соотечественникам. Нет информационно-аналитического центра, нет своей газеты, интернет-портала. У нас даже нет своего помещения, где соотечественники могли бы проводить собрания, праздники, создавать клубы. К примеру, все три мои книги по истории славян в Центральной Азии, о жизни русской общины за 15 лет, по архитектуре Средней Азии, в том числе и о роли архитекторов-россиян в создании архитектуры Таджикистана, - были изданы за счет моей семьи, друзей и иностранных фондов. А потом в Москве задаются вопросом: почему российские соотечественники ищут зарубежных спонсоров, меценатов и покровителей? Тем не менее, в работе с соотечественниками со стороны России видны значительные подвижки. Создана новая структура - «Россотрудничество», которому Указом президента России Дмитрия Анатольевича Медведева вменена работа с российскими соотечественниками. Вскоре, насколько мне известно, в Душанбе будет арендовано здание под Российский информационный и культурный центр. В прошлом году практически полностью обновилось руководство Посольства России в Таджикистане, возглавляемое сейчас Юрием Федоровичем Поповым. Поэтому мы надеемся на качественно новый уровень сотрудничества с Посольством, а, значит, - на развитие отношений российских соотечественников со своей исторической родиной.

Беседовал Андрей Захватов (Душанбе – Москва)

08.02.2010