2 апреля Президент РФ Дмитрий Медведев сообщил, что внес в Госдуму поправки в Гражданский кодекс РФ, которые касаются основополагающих институтов гражданского права. По сути, речь идет о принятии новой редакции ГК РФ. Если законопроект будет принят Госдумой в весеннюю сессию, то он вступит в силу в сентябре 2012 года. Куратор разработки документа, министр юстиции Александр Коновалов, назвал документ революционным.
Буквально на днях Росстат опубликовал новую порцию важной макроэкономической статистики и подвёл итоги деловой активности в промышленности России по итогам января-апреля 2012г., которые оказались хуже даже пессимистичных ожиданий экономистов. Темпы роста промышленного производства в целом по всем отраслям народного хозяйства по итогам первых четырёх месяцев текущего года сжались до 3,3%, тогда как ещё по итогам всего 2011г. они превышали 4,7%, а в аналогичном периоде 2011г. превышали 5,5%.
За последние две недели заметно ухудшилась внешняя конъюнктура и ситуация на мировых финансовых рынках. Политический кризис в Греции поставил вопрос о ее присутствии в зоне евро, а последовавшее за этим снижение агентством Moody’s рейтинга 16 испанских банков привело к снижению фондовых индексов по всему миру. При этом, как обычно, развивающиеся рынки отреагировали сильнее, чем развитые. С начала мая американский фондовый индекс S&P 500 снизился на 7%. На столько же процентов снизилась капитализация акций стран, входящих в зону евро (в соответствии с динамикой индекса EURU STOXX 50). Снижение сводного индекса для развивающихся стран (MSCI EM) составило 11%, индекс РТС снизился на 18%. Свой вклад в снижение РТС внесло ослабление курса рубля, последовавшее за снижением цен на нефть до уровней 2011 года. Центральный банк РФ оценил масштабы оттока капитала в апреле в 7 млрд. долл., и, судя по всему, в мае этот процесс продолжился. В этой ситуации более чем странно выглядел дежурный оптимизм главы ЦБ РФ С. Игнатьева, выступавшего на правительственном часе в Госдуме, где он заявил о том, что Россия лучше готова к кризису, чем четыре года назад, а также о том, что не считает нужным проводить политику, направленную на ослабление рубля.
В узбекском городе Андижан произошел мятеж против президента страны Ислама Каримова. Несмотря на то, что его удалось достаточно быстро подавить, стабильность в стране вряд ли наступит в ближайшее время - уже после подавления мятежа волнения продолжались как в Андижане, так и в граничащем с Киргизией городе Кара-Суу, где были подожжены административные здания. В организации мятежа власть обвиняет членов запрещенной исламской партии "Хизб-ут-Тахрир". "По данным, которыми мы располагаем, они оболванивают молодежь идеями создания единого исламского халифата. Нам были известны до проведения этой акции имена организаторов этого течения. Но мы их не трогали, пока они не преступили закон", - подчеркнул президент Узбекистана. Он обвинил организаторов беспорядков в стремлении установить в стране шариатский режим. "Мы знаем пофамильно лидеров этого течения. Их цель - свержение конституционного строя и установление мусульманской шариатской власти", - сказал Каримов.
Впрочем, речь может идти не столько о самой "Хизб-ут-Тахрир", сколько об обособившейся от нее религиозной группировке "Акрамия", которая была основана в 1996 году Акрамом Юлдашевым, бывшим членом "Хизб ут-Тахрир" из Андижана. Он полагает, что методы деятельности "Хизб ут-Тахрир" разрабатывались для арабских государств и непригодны в условиях Средней Азии. В отличие от "Хизб ут-Тахрир", Юлдашев считал, что исламская организация должна завоевывать власть на местном, а не на общенациональном уровне, что и проявилось в Андижане.
В то же время узбекская оппозиция старается дистанцироваться от трактовки андижанского мятежа как выступления исламских радикалов, понимая, что такие действия не способны вызвать сочувствие ни на Западе, ни в России. Они пытаются встроить мятеж в логику "цветных революций". Так, председатель Демократической партии Мухаммед Салих, живущий сейчас в Европе, хочет перенять грузинский опыт революционной смены власти. "Мы делаем все, чтобы перенять опыт мирных революций в Грузии, Украине и Киргизии", - сказал Салих. Политик подчеркнул, что события в Андижане - это не исламская революция: "Это не восстание исламистов, а восстание простых людей, которым надоел режим Каримова".
Существенную роль в провале андижанского мятежа сыграли решительные и крайне жесткие действия Ислама Каримова. Он лично прибыл в город и возглавил подавление антипрезидентских выступлений. Была установлена жесткая информационная блокада, отключено вещание зарубежных телеканалов, "вырублены" нелояльные интернет-сайты. В создавшейся ситуации Каримов мог активно продвигать в медиа-пространстве собственную версию событий, акцентируя внимание на выгодных для себя аспектах развития конфликта (взятие мятежниками заложников, их отказ от ведения переговоров и др.). Этому способствовали и ограничения для работы иностранных журналистов, некоторые из которых были на время задержаны.
Кроме того, подавление мятежа было не только жестоким, но и скоротечным. Каримову удалось добиться сохранения лояльности со стороны силовых структур - в отличие от Киргизии, где их расслоение стало одним из факторов, обеспечивших победу оппозиции. Впрочем, узбекская ситуация мало напоминала киргизскую. Если в Киргизии было больше возможностей для действий оппозиции, а режим был слаб (в частности, Акаев так и не определил механизм передачи власти после истечения его президентских полномочий), то в Узбекистане оппозиция полностью "зажата", а правящий режим выглядит куда более крепким. Эти факторы предопределили как значительно большую жестокость, проявленную обеими сторонами в ходе конфликта, так и успех власти, которая быстро подавила мятеж.
Очевидно, что Ислам Каримов остро чувствовал политические риски для своего режима, и после серии "цветных революций" в странах СНГ оказался перед выбором - или делать ставку на США (как ранее), или сближаться с Россией. "Руководство Узбекистана очень долго претендовало на роль американского друга, но Каримов убедился, что это не гарантирует сохранности его режима", - считает депутат российской Думы Константин Затулин. Отсюда и эволюция внешнеполитического курса каримовского режима, который объявил о выходе из альтернативной России организации ГУУАМ (в итоге ее название она трансформировалось в ГУАМ), а также начал активнее участвовать в деятельности структур СНГ. Каримов, видимо, счел, что Россия будет проводить по отношению к его режиму свою обычную тактику - поддерживать в случае пророссийской политической ориентации, не обращая внимания на нарушения прав человека и не требуя демократической трансформации системы власти. США же в обмен на поддержку постепенно усиливали бы давление на Ташкент с целью либерализации режима, обеспечения прав оппозиции и т.д., что совершенно неприемлемо для такого ярко выраженного авторитарного лидера, как Каримов. Выбрав сближение с Россией, Каримов мог действовать в отношении своих противников, меньше оглядываясь на Запад.
Показательно, что Россия сразу и однозначно встала на сторону правительства Ислама Каримова, фактически дав ему карт-бланш на проведение любых акций против мятежников. Она осудила "вылазку экстремистов в Узбекистане, которые для достижения своих политических целей используют силовые, неконституционные средства", что привело к гибели людей. Об этом говорится в заявлении официального представителя МИД России Александра Яковенко. "Российская сторона в трудную минуту поддерживает руководство дружественного Узбекистана", - отмечается в заявлении. 14 мая состоялся телефонный разговор между российским и узбекским президентами. Кроме того, глава Минпромэнерго Виктор Христенко еще до подавления мятежа подчеркнул, что Россия может при необходимости оказать помощь Узбекистану в урегулировании ситуации в Андижане, заявив: "Конечно, события, происходящие у наших соседей, у наших братьев, нас не могут не затрагивать. Безусловно, Россия безучастной к этому оставаться не может. Поэтому соответствующие формы помощи в урегулировании этой ситуации при необходимости будут оказаны". Обращает на себя внимание, что речь шла именно о помощи в урегулировании, а не о какой-либо форме политического посредничества, о котором просили мятежники, стремившиеся, без каких-либо шансов, добиться расположения Москвы. Возможно, на их позицию повлиял киргизский опыт - тогда Россия вела диалог и с Акаевым, и с оппозицией и быстро признала победу последней. Но в Киргизии речь шла о политической оппозиции со статусными фигурами (такими, как Бакиев и Отунбаева), а в Узбекистане - о кровопролитной акции радикалов.
Евросоюз, напротив, занял жестко антикаримовскую позицию, обвинив узбекское правительство в кровопролитии, произошедшем в городе Андижан. "Протесты свидетельствуют о напряженности, созданной правительством, которое не уделяет должного уважения правам человека, нормам закона и помощи бедным", - сказал пресс-секретарь Еврокомиссии. "Происходящее в Андижане и Ташкенте не может быть оправданием жестоким репрессиям, и узбекское правительство должно заняться политическими и социальными реформами, при полном уважении к правам человека и нормам закона", - отметил он.
США попытались найти "среднюю линию" с тем, чтобы дистанцироваться от Каримова и в то же время не испортить полностью отношений с узбекским лидером. Еще до подавления мятежа они призвали правительство Узбекистана и демонстрантов проявить самообладание. "Мы обеспокоены вспышкой насилия, особенно некоторыми членами террористической организации, освобожденными из тюрьмы", - сказал пресс-секретарь Белого дома Скотт Маклеллан. В то же время он добавил, что "народ Узбекистана хочет видеть более представительное и демократическое правительство, однако оно должно придти мирным путем, а не через насилие".
В результате для узбекских властей сложилась непростая ситуация. Они подвергаются критике со стороны Запада за жесткость при подавлении мятежа - по данным ВВС, погибли свыше 100 человек, местные правозащитники говорят о 200-300 жертвах. Сотни людей бежали в соседнюю Киргизию. В то же время стабилизации в регионе не произошло - вряд ли родственники погибших забудут пролитую кровь. Тактический успех может обернуться стратегической проблемой, которая может со временем поставить режим Каримова в ситуацию цугцванга. Сохранение его авторитарного характера будет создавать условия для новых мятежей, а возможная либерализация может рассматриваться оппонентами Каримова как слабость, что также способно расшатать режим.
Украина - страна жлобов, бандитов и проституток. Кому приятно такое слышать? Тем более, что это неправда. А вот иностранная пресса взахлеб рисует такую нелицеприятную картинку. И ситуация с имиджем Украины не изменится, пока за дело не возьмутся сами украинцы. Не перекладывая ответственность за честь страны на чиновников, политиков и бизнесменов. Именно от обычных граждан зависит спасение имиджа своей страны в глазах соседей и дальнего зарубежья. Тем более, что приближается подходящий повод - футбольный чемпионат Евро-2012.
Этот политический сезон для Украины обещает быть очень интересным и насыщенным: выборы, вопрос вхождения в Таможенный союз или сближения с Европой, «дело Тимошенко» и, конечно, возвращение политиков кучмовского призыва. Таким ярким деятелем является Виктор Медведчук, экс-глава Администрации Леонида Кучмы, сыгравший не последнюю роль во многих политических событиях Украины посткучмовского периода. Политик активно комментирует двусторонние отношения, поэтому «Политком.Ру» задал несколько вопросов для разъяснения его позиции: как стоит оценивать перспективы российско-украинских отношений в 2012 году, как парламентские выборы-2012 повлияют на российско-украинские отношения?
23 мая в Ново-Огарево президент Владимир Путин провел встречу с руководством партии «Единая Россия» по кадровому вопросу – представлению кандидатур на должности губернаторов Карелии, Свердловской и Иркутской областей. Но неожиданно Путин пригласил на встречу главу президентского Совета по развитию гражданского общества и правам человека (СПЧ) Михаила Федотова, что внесло в это дежурное мероприятие очевидную интригу. Она связана с позицией президента по скандальному, вызвавшему бурные общественные дебаты законопроекту об ужесточении наказаний за нарушение порядка проведения митингов, который был внесен единороссами в Госдуму сразу после разгона «Марша миллионов» 6 мая, сопровождавшегося столкновениями радикальной части протестующих с полицией.
Еще до того, как в результате повторных президентских выборов главой Южной Осетии стал Леонид Тибилов, стало более или менее ясно, что частично признанной республике следует ждать кадровых перемен. К такому выводу подталкивал сам ход избирательной кампании. Все 4 претендента на кресло главы республики состязались в своем стремлении дистанцироваться от Эдуарда Кокойты. Тогда же будущий победитель избирательной гонки Леонид Тибилов заявил о том, что считает возможным и даже необходимым включение главного возмутителя югоосетинского спокойствия Аллы Джиоевой в практическую работу по восстановлению республики. Предвыборные страсти отгремели, новый президент вступил в должность. И формирование новой команды стало его первостепенной задачей.
Первые украинские оппозиционеры категорически отказались принимать участие в работе Конституционной Ассамблеи. Президент Янукович подписал указ о ее создании 17 мая, назвав специальным вспомогательным органом и назначив руководителем Леонида Кравчука. На первый взгляд, оппозиция демонстрирует бескомпромиссность в борьбе против «преступного режима». Почему же выходит, что «уход в отказ» только на руку власти, которая благодаря оппозиционерам получает свободу действий в продвижении своего проекта Конституции.
RSS 2.0
Взгляд
