Вчера Хамовнический суд Москвы отклонил все ходатайства защиты Михаила Ходорковского и бывшего руководителя МФО МЕНАТЕП Платона Лебедева, заявленные в ходе предварительных слушаний. При этом единственное ходатайство стороны обвинения - о сохранении меры пресечения обоим обвиняемым - суд удовлетворил. 31 марта суд начнет рассмотрение дела по существу. Несмотря на скандальность дела и его ощутимую политическую значимость, процесс все больше превращается в комедию, в которой каждая сторона понимает абсурдность происходящего. Сам Ходорковский демонстрирует уверенность в себе и обещает бороться до последнего.

В своих ходатайствах адвокаты просили определить подсудность второго уголовного дела ЮКОСа, ссылаясь на неподсудность этого дела Хамовническому суду. Также защита просила прекратить второе уголовное дело в их отношении за отсутствием состава преступления. Кроме того, адвокаты заявляли четыре ходатайства о возвращении дела в Генпрокуратуру РФ по разным основаниям. Также защита просила вернуть дело прокурору в связи с тем, что следователь не внес в список свидетелей лиц, которых планировала допросить в ходе процесса защита. Еще одно ходатайство касалось прекращения за истечением срока давности эпизода с хищением акций «Восточная нефтяная компания» (ВНК). Также Ходорковский и Лебедев просили разъяснить им итоговые цифры похищенной нефти из обвинения.

Однако «гвоздем» предварительного заседания стало заявление самого Ходорковского. Он обратился к суду с просьбой принять меры по сохранению имущества компании, в хищении которого он и Платон Лебедев обвиняются, вплоть до наложения ареста. Как сообщил адвокат Ходорковского Вадим Клювгант, «где это имущество находится, всем хорошо известно - оно находится там, где находится его приобретатель в результате банкротства ЮКОСа», - заявил адвокат. Защитник отметил, что принятие необходимых мер является обязанностью обвинения, добавив, что «тем не менее, никаких мер по сохранности не было принято». Клювгант также подчеркнул, что, по словам экс-главы ЮКОСа, несохранение имущества «может нарушить интересы участников процесса, а чьих именно - зависит от приговора суда: если он будет обвинительным, то одних, а если оправдательным, то других».

Все ходатайства были отклонены без обнародования обоснования. Требование арестовать имущество компании «Роснефти» и «Газпрома», которые между собой поделили империю ЮКОСа, - очевидно не лишенное своего рода юридического юмора. Адвокаты Ходорковского получили, судя по всему, массу возможностей для банального издевательства над судом, который при этом все активнее превращается в откровенный фарс. Адвокаты прекрасно пользуются и очевидной противоречивостью всего дела ЮКОСа, указывая на то, что в своих решениях суды разных уровней и регионов назвали действия компании «нормальной обычной хозяйственной деятельностью, деловым оборотом».

Первое дело по ЮКОСу было показательным с точки зрения интересов Кремля. Тогда было важно продемонстрировать элите новую политику в отношении бизнеса, создать нужную атмосферу, позволяющую сформулировать некие новые правила игры и это удалось: после 2003 года в стране больше нет «олигархов», есть лишь социально ответственный бизнес. Тогда же Кремль апеллировал и к обществу: общественный антиолигархический тренд зашкаливал, став «красной линией» и в предвыборной кампании прокремлевских партий в Госдуму.

Второе дело показательным с точки зрения Кремля назвать трудно. Теперь показательным его делают адвокаты Ходорковского. Уже в их интересах открытость процесса, в их интересах провоцирование общественной дискуссии о происходящем. Неслучайно Ходорковский обещал, что процесс будет интересным «зрелищем». Это заявление знаковое – именно «зрелище» сейчас так важно для защиты бывшего главы ЮКОСа – апелляция к элитам, обществу и мировому сообществу, дискредитация позиции власти. Еще в ноябре на суде в Чите Ходорковский заявил: «с момента предъявления мне в начале 2007 года этого обвинения, которое осталось неизменным и в новом варианте — от 29 июня 2008г., я честно пытался убедить следственную группу не позорить себя и страну заведомо абсурдными утверждениями. Я пытался объяснить, что сделать то, что они там написали, — т.е. похитить 350 млн. т. нефти — физически невозможно и непредставимо с точки зрения современной науки».

Второе дело отличается от первого гораздо более низкой легитимностью. Ведь даже в 2003-2005 гг. многие коллеги Ходорковского приватно признавались, что глава ЮКОСа «пережал палку», «нарвался», переоценил собственные силы и влияние. Многие осуждали его упрямство в продавливании политических реформ вопреки уже тогда четко сложившемуся политическому тренду. Общество же стояло жестко на стороне власти и против богатого, амбициозного, «зажравшегося» олигарха, «наворовавшего» себе капиталы и активы. Так думало, надо признать, полстраны.

Сейчас ситуация совсем иная. Общество конечно не на стороне Ходорковского – в опросах «Левада-центра» около половины против его освобождения. Однако правомерность новых обвинений в том, что он украл всю нефть ЮКОСа – вряд ли вызывает столь бурное одобрение как первое «раскулачивание». Кроме того, «Левада-центр» показывает, что лишь 6% одобряет банкротство и распродажу активов компании. При этом около 70% опрошенных вообще не следят за процессом.

Все это дает Ходорковскому возможность проводить более активную и даже в некотором роде агрессивную линию. В интервью «Собеседнику» отвечая на вопрос, испытывает ли он личную неприязнь к Владимиру Путину, бывший владелец ЮКОСа сказал: «Отношения с Владимиром Путиным у нас абсолютно взаимные. Хотя я стараюсь воспринимать его уже не как моего былого собеседника, а как историческую фигуру. Был такой президент в России. А сейчас такого президента уже нет. Хорошо или плохо он правил Россией, скажет следующее поколение». Это заявление может оказаться не просто лично оскорбительным для Путина, оно является вызовом, провоцирующим на все более жесткие меры со стороны «силовиков». Однако весь фокус как раз в том, что жестче просто некуда и этот подход в долгосрочном плане себя не оправдывает. Ходорковский дает понять, что избранный властями путь ведет в тупик – он эффективен до тех пор, пока незыблем «режим» и сильны авторы его преследования. Экс-глава ЮКОСа рассказал, что годы, проведенные в заключении, не сломили его. «Пусть мелкая нечисть пьет снотворное. Или просто пьет», - отметил бизнесмен. Сейчас можно лишь гадать, кто кого переживет, режим Ходорковского и Ходорковский режим.

23.03.2009