В списке нареканий к российским судам главенствуют две позиции: предельная сервильность судов в любых делах, имеющих политический оттенок, и так называемый обвинительный уклон — тенденция любой ценой уклоняться от вынесения решений, которые могли бы поставить под сомнение позицию государственного обвинения или «помешать» силовикам в борьбе с преступностью.
В очередной раз внимание общественности приковано к громким заявлениям российских властей о неожиданно назревшей потребности объявить войну клановости экономики, коррупции и воровству. Тот факт, что общество и экономика задыхаются от произвола монополий и чиновничьего беспредела, а система государственного управления с самого верха парализована судорогой коррупции, судя по всему, не вызывает сомнений у подавляющей части населения России.
Декабрь закрепил сложившуюся в прошлом году тенденцию: темпы роста кредитов населению существенно превышают темпы роста кредитов предприятиям реального сектора экономики.
АЛЕКСЕЙ МАКАРКИН: «РОССИЯ ВОСПОЛЬЗУЕТСЯ ТРУДНЫМ ЭКОНОМИЧЕСКИМ ПОЛОЖЕНИЕМ БЕЛОРУССИИ, И В ОБМЕН НА ФИНАНСОВУЮ ПОМОЩЬ ОДНОЗНАЧНО ПОТРЕБУЕТ ПЕРЕДАЧИ КОНТРОЛЬНОГО ПАКЕТА АКЦИЙ БЕЛТРАНСГАЗА, ПРИЗНАНИЯ АБХАЗИИ И ЮО И СОЗДАНИЯ ЕДИНОЙ СИСТЕМЫ ПВО»
Похоже, что Лукашенко оказался в действительно очень сложном положении, потому что «белорусское экономическое чудо» держится на российской финансовой поддержке, которая особенно актуальна в период кризиса. Лукашенко как-то пытался диверсифицировать источники финансирования, обращаясь в МВФ, но МВФ не может давать деньги государству, которое не сокращает рабочие места, не проводит политику самой жесткой бюджетной экономии, что означало бы подрыв основ режима Лукашенко. Он не может на это пойти. Остается Россия, которая такие условия не выдвигает, но у которой есть, очевидно, свои условия.
Я думаю, что сейчас Лукашенко, вряд ли, удастся избежать принятия этих условий, причем имеются вещи, на которые Лукашенко очень не хочется идти, например, общая валюта с эмиссионным центром в Москве. Я думаю, что такие условия ему не будут выдвигаться, и в то же время есть вещи, на которые он может пойти, обменяв их на серьезную экономическую поддержку. Это, во-первых, завершение процесса перехода контрольного пакета акций Белтрангаза к России. Договоренность об этом уже была достигнута и весьма давно, но этот процесс еще продолжается, и пока все окончательно не зафиксировано нельзя сказать, что процесс завершен. Белоруссия очень специфический партнер в этом смысле и здесь в России проявляют достаточно большую осторожность.
Второй момент- это признание Абхазии и Южной Осетии, что для России принципиально, потому что хотя бы одна страна СНГ в этом случае признает эти государства. К тому же возникает одна деликатная проблема, что Россия и Белоруссия партнеры по Союзному государству. Следовательно, это особый уровень отношений, который должен теоретически существенно превышать уровень отношений с любой другой страной СНГ. Получается, что этот уровень пока не был подтвержден по Абхазии и Южной Осетии.
И третий момент – я думаю, это вопрос об объединенной системе противовоздушной обороны. Этот вопрос давно уже рассматривается, он тоже из числа долгоиграющих сюжетов, по которым белорусская сторона склонна торговаться с российской. Здесь вопрос может быть поставлен также однозначно.
Эти три условия не подрывают контроля Лукашенко над политической ситуацией и, в общем и целом, над экономикой Белоруссии, что является для него принципиально важным. Плюс к этому Лукашенко максимально будет использовать сохраняющийся у него пакет Белтрансгаза для влияния на эту компанию, даже когда Россия окончательно получит контроль.
Россия способна получить в сложной для Лукашенко ситуации минимальные возможные уступки. Я думаю, что большие вопросы о перспективах Союзного государства, скорее всего, будут в очередной раз отложены, как это уже происходит давно. Задача России получить хотя бы какие-то реальные результаты.
Алексей Макаркин – вице-президент Центра политических технологий
9 февраля произошло одно из ключевых событий в предвыборной кампании Владимира Путина: он выступил на съезде Российского союза промышленников и предпринимателей – самого мощного объединения бизнеса в стране. На этот раз Путин не брал однодневного отпуска, но выступал он, конечно, не как премьер, а как кандидат в президенты, более того – как будущий президент. И съезд крупного бизнеса воспринимал его именно в таком качестве, несмотря на то, что еще до Путина перед делегатами выступил другой кандидат в президенты, казалось бы, свой, предприниматель, член бюро правления РСПП Михаил Прохоров.
Украинская оппозиция готовится к серии протестов против непопулярных социально-экономических реформ власти. Власть пока ограничивается «косметическими» перестановками в правительстве. К чему приведет такая ситуация? Насколько вероятна «украинская весна» по арабскому сценарию? На эти и другие вопросы «Политком.Ру» отвечает украинский политолог, директор Центра прикладных политических исследований «Пента» (Киев) Владимир Фесенко.
В кипении страстей антипутинских и пропутинских митингов и в мощном поле притяжения общественного внимания, которое создает энергичная предвыборная активность самого Владимира Путина, публичная деятельность Дмитрия Медведева оказалась как-то на периферии, многие даже стали забывать, что он все еще является и до мая будет оставаться президентом. Очевидно, что такая ситуации самому Медведеву не нравится, и 6 февраля он встретился с общественным комитетом сторонников, чтобы напомнить о своих президентских полномочиях и своих ближайших планах по политической реформе.
Два года назад в истории Северного Кавказа произошло важное событие – был создан отдельный Северо-Кавказский федеральный округ. Существуют разные оценки эффективности этого решения и в целом той политики, которую федеральный центр проводит на Кавказе. Российские власти по-прежнему упрекают в отсутствии целенаправленной и осмысленной кавказской политики, а сами регионы Северного Кавказа продолжают восприниматься многими в сугубо негативном свете, как рассадники терроризма и коррупции, которым может быть и вовсе не место в Российской Федерации. С нашей точки зрения, в обсуждениях кавказской проблематики не хватает прежде всего объективного, очищенного от страстей и эмоций анализа ситуации, на основе которого можно было бы давать и осмысленные рекомендации властям.
Одним из главных кадровых распоряжений Януковича наступившего года, стало назначение Валерия Хорошковского новым министром финансов Украины. Для многих в стране это оказалось сюрпризом, главу Службы безопасности Украины считали не самой проходной фигурой на эту должность. Возможно, здесь уместно будет вспомнить, что ещё в сентябре прошлого года автор дал прогноз (http://www.politcom.ru/12495.html) этой кадровой перестановке в правительстве, где в частности писал: «…Следовательно, можно предположить, что глава СБУ готовится сменить площадку и уйти на повышение. Какое же место кроме премьерского, может означать повышение для Хорошковского?
Во властных кулуарах давно говорят о создании под эгидой Минфина структуры, которая объединит под одной крышей Государственные таможенную службу и налоговую администрацию…»
RSS 2.0
Взгляд
