В списке нареканий к российским судам главенствуют две позиции: предельная сервильность судов в любых делах, имеющих политический оттенок, и так называемый обвинительный уклон — тенденция любой ценой уклоняться от вынесения решений, которые могли бы поставить под сомнение позицию государственного обвинения или «помешать» силовикам в борьбе с преступностью.
В очередной раз внимание общественности приковано к громким заявлениям российских властей о неожиданно назревшей потребности объявить войну клановости экономики, коррупции и воровству. Тот факт, что общество и экономика задыхаются от произвола монополий и чиновничьего беспредела, а система государственного управления с самого верха парализована судорогой коррупции, судя по всему, не вызывает сомнений у подавляющей части населения России.
Декабрь закрепил сложившуюся в прошлом году тенденцию: темпы роста кредитов населению существенно превышают темпы роста кредитов предприятиям реального сектора экономики.
Главная трудность в борьбе с разразившимся сегодня экономическим кризисом для Америки состоит в том, что не существует общих принципов, которыми можно руководствоваться, решая множащиеся проблемы. Сформулировать эти принципы мешают как политические факторы, так и разнообразие проявлений кризиса – поправляя одно, легко можно ухудшить другое. Простой же раздачей денег из бюджета ситуации точно не поправить: даже в кажущемся безразмерном американском бюджете на всех денег не хватит.
Сейчас всё внимание в США приковано к слушаниям в конгрессе по поводу того, помочь ли трём крупнейшим национальным производителям автомобилей, которые грозят обанкротиться с большим треском чуть ли не со дня на день. Руководители «Форда», «Дженерал Моторс» и «Крайслера» хотят получить в общей сложности порядка 25 миллиарда долларов налогоплательщиков в долг, шансы на возвращение которого стопроцентными совсем не выглядят. Конгрессмены, да и многие американцы, оказались расколотыми на два лагеря: к первому принадлежат те, кто, помня о снижающемся качестве американских автомобилей, считают, что всех желающих от банкротства за счёт государства спасать не следует; во втором – опасающиеся, что эти важнейшие для американской экономики компании, обанкротившись, углубят кризис, который из финансовой сферы окончательно распространится и на производственную.
И те, и другие выступают вполне аргументировано. Противники спасения указывают на справедливую силу рыночной экономики – не случайно американцы в последние годы всё больше и больше выбирают машины неамериканские. Тут не следует искать какого-то особенно изощрённого коварства, скажем, японцев: просто качество у зарубежных машин всё чаще оказывается выше, чем у американских. К тому же спокойная и сытая жизнь позволяла американским автопроизводителям жить на широкую ногу, не особенно беспокоясь о будущем, – покупать европейские компании, любезничать с профсоюзами, задавшимися целью свести труд своих членов к нулю, доведя зарплату до максимума.
Пыл противников займа подогревается многими политиками-республиканцами. Проиграв выборы, они вдруг осознали, что партия их совсем не в порядке, и начали бороться за возвращение доверия американских избирателей. В том числе они вспомнили, что Республиканская партия, как минимум, в теории выступает за свободную игру рыночных сил, сокращение вмешательства государства и защиту интересов налогоплательщиков. Тут и случай подвернулся подходящий – обструкцию боссов автоиндустрии можно расценивать как первый шаг к обновлению оппозиционной с недавних пор партии.
Сторонникам спасения «большой тройки» тоже есть, что сказать в поддержку своей позиции. Американского избирателя пугают массовыми увольнениями не только в самих компаниях, но и обрушением всей их большой цепочки поставок. Неудивительно, что вовсе эксплуатируется и националистический фактор: общественности рисуют все ужасы жизни без американских машин, напоминают, как во время Второй мировой войны вместо машин славно делали танки. Дискуссия доходит до абсурда: один из либеральных экспертов, не зная как справиться со своим националистическим оппонентом на одном из популярных политических ток-шоу, на днях ловко парировал, что если уж опять будет война и понадобятся танки, можно будет конфисковать японские заводы, понастроенные за последние годы на американской территории.
Однако проблема тут в другом: когда для спасения финансовой индустрии, давно породнившейся с той частью администрации, которая должна её регулировать, потребовалось 700 миллиардов долларов, деньги эти нашлись почти без проблем. Конечно, экономист высочайшего уровня Поулсон может доказать, используя многочисленные таблицы и графики, что спасал он не друзей от банкротства, а американскую и мировую экономики от коллапса. Вот только многие простые американцы понимают, что 25 меньше 700, и что в случае банкротства «большой тройки» несколько миллионов людей действительно останутся без работы.
Несмотря на всю принципиальность отдельных республиканских конгрессменов и праведный гнев по поводу фактического ультиматума автопроизводителей («либо деньги, либо массовые увольнения»), скорее всего, государство компаниям на помощь придёт. Другое дело, что принципиальное значение будут иметь условия, на которых это произойдёт. Сегодня от руководителей концернов требуются максимально подробные и выполнимые планы улучшения ситуации, ограничение их аппетитов (президент «Крайслера» уже согласился работать за один доллар). Перед угрозой массовых увольнений куда более уступчивыми стали профсоюзы. Ясно, что на многих марках автомобилей, например, «Хаммер» в Америке и «Сааб» в Европе, может быть поставлен крест.
«Большая тройка» может превратиться в двойку – непутёвый «Крайслер», брошенный немецким «Даймлером», наиболее вероятный кандидат на присоединение к другому концерну, вероятно, несколько лучше чувствующему себя «Форду». Рано или поздно дело может закончиться и вовсе национализацией. Правда, даже столь радикальные шаги к радикальному изменению ситуации к лучшему приведут едва ли. Либералы паникуют недаром: взявшись спасать от банкротства отдельные компании или даже целые отрасли, американский бюджет, и без того измученный войнами в Афганистане и Ираке, кризисом системы медицинского обеспечения, строительством системы ПРО и самыми разнообразными долгами, может обанкротиться сам.
Даже погибнув, американская автопромышленность могла бы стать не первой и не последней в списке исчезнувших отраслей – многие предприятия машиностроения и легкой промышленности давно почили с миром, что американским обществом было воспринято вполне спокойно. (Недавно шведская «Икеа» решила возродить американскую мебельную промышленность – высокие цены на нефть привели к тому, что мебель стало дешевле делать в США, чем возить из Китая. Сейчас цены на нефть упали. Возможно, американский народ и дальше будет обходиться без отечественной мебели).
Очередь желающих получить деньги растёт. Теперь остаётся только гадать, кто будет следующим и сколько потребуется денег. Самый очевидный кандидат – нерадивые должники, набравшие кредитов, которые вернуть они не в состоянии. Таких уже миллионы. Не помочь им грешно – избиратели всё-таки.
Николай Пахомов - эксперт Института демократии и сотрудничества (Нью-Йорк)
9 февраля произошло одно из ключевых событий в предвыборной кампании Владимира Путина: он выступил на съезде Российского союза промышленников и предпринимателей – самого мощного объединения бизнеса в стране. На этот раз Путин не брал однодневного отпуска, но выступал он, конечно, не как премьер, а как кандидат в президенты, более того – как будущий президент. И съезд крупного бизнеса воспринимал его именно в таком качестве, несмотря на то, что еще до Путина перед делегатами выступил другой кандидат в президенты, казалось бы, свой, предприниматель, член бюро правления РСПП Михаил Прохоров.
Украинская оппозиция готовится к серии протестов против непопулярных социально-экономических реформ власти. Власть пока ограничивается «косметическими» перестановками в правительстве. К чему приведет такая ситуация? Насколько вероятна «украинская весна» по арабскому сценарию? На эти и другие вопросы «Политком.Ру» отвечает украинский политолог, директор Центра прикладных политических исследований «Пента» (Киев) Владимир Фесенко.
В кипении страстей антипутинских и пропутинских митингов и в мощном поле притяжения общественного внимания, которое создает энергичная предвыборная активность самого Владимира Путина, публичная деятельность Дмитрия Медведева оказалась как-то на периферии, многие даже стали забывать, что он все еще является и до мая будет оставаться президентом. Очевидно, что такая ситуации самому Медведеву не нравится, и 6 февраля он встретился с общественным комитетом сторонников, чтобы напомнить о своих президентских полномочиях и своих ближайших планах по политической реформе.
Два года назад в истории Северного Кавказа произошло важное событие – был создан отдельный Северо-Кавказский федеральный округ. Существуют разные оценки эффективности этого решения и в целом той политики, которую федеральный центр проводит на Кавказе. Российские власти по-прежнему упрекают в отсутствии целенаправленной и осмысленной кавказской политики, а сами регионы Северного Кавказа продолжают восприниматься многими в сугубо негативном свете, как рассадники терроризма и коррупции, которым может быть и вовсе не место в Российской Федерации. С нашей точки зрения, в обсуждениях кавказской проблематики не хватает прежде всего объективного, очищенного от страстей и эмоций анализа ситуации, на основе которого можно было бы давать и осмысленные рекомендации властям.
Одним из главных кадровых распоряжений Януковича наступившего года, стало назначение Валерия Хорошковского новым министром финансов Украины. Для многих в стране это оказалось сюрпризом, главу Службы безопасности Украины считали не самой проходной фигурой на эту должность. Возможно, здесь уместно будет вспомнить, что ещё в сентябре прошлого года автор дал прогноз (http://www.politcom.ru/12495.html) этой кадровой перестановке в правительстве, где в частности писал: «…Следовательно, можно предположить, что глава СБУ готовится сменить площадку и уйти на повышение. Какое же место кроме премьерского, может означать повышение для Хорошковского?
Во властных кулуарах давно говорят о создании под эгидой Минфина структуры, которая объединит под одной крышей Государственные таможенную службу и налоговую администрацию…»
RSS 2.0
Взгляд
