В списке нареканий к российским судам главенствуют две позиции: предельная сервильность судов в любых делах, имеющих политический оттенок, и так называемый обвинительный уклон — тенденция любой ценой уклоняться от вынесения решений, которые могли бы поставить под сомнение позицию государственного обвинения или «помешать» силовикам в борьбе с преступностью.
В конце января Росстат подвёл итоги социально-экономического развития России за 2011г. и предоставил первую оценку динамики ВВП страны. Вопреки многочисленным заверениям российских чиновников и кремлёвских экономистов относительного «выхода российской экономики на траекторию устойчивого развития» и «успешного преодоления кризисных явлений», наблюдается беспрецедентное за последние 3 года охлаждение производственной и деловой активности.
Декабрь закрепил сложившуюся в прошлом году тенденцию: темпы роста кредитов населению существенно превышают темпы роста кредитов предприятиям реального сектора экономики.
Удар по Мумбаи заставил остановить работу финансовую систему Индии
Финансовая столица Индии город Мумбаи (Бомбей) подверглась беспрецедентной террористической атаке. Десятки, если не сотни, людей погибли. Сотни, а может быть тысячи, людей ранены. И власти еще долго будут выяснять, кто организовал это зверство. Хотя пока ответственность индийская полиция уже пытается возложить на традиционного противника – соседний Пакистан. Тем не менее, пакистанская версия не выглядит наиболее вероятной: ведь эта террористическая атака, по сути дела, стала мощнейшим ударом по индийской экономике в период мирового экономического кризиса. Так что искать косвенных инициаторов лучше среди экономических конкурентов. Хоть и неоспорим тот факт, что непосредственные исполнители действительно кашмирские или пакистанские исламисты.
Удар по Мумбаи заставил остановить работу финансовую систему Индии. В этом городе располагаются головные офисы крупнейших банков и компаний страны, биржи, здесь живет и работает наибольшее количество иностранцев.
Разумеется, многие СМИ вспоминают, что эти дни проходят местные выборы в ряде индийских штатов, в том числе в Кашмире, который является базой для исламских террористов. Однако удар был не по столице Индии Нью-Дели, и не по старому Дели, которые к Кашмиру несравненно ближе, чем приморский Мумбаи. Напротив, боевики вторглись в город на лодках, через море. Конечно, смешно на одном только этом основании говорить о том, что они пользовались зарубежной помощью и ехали явно не из Кашмира.
И все же в этом теракте слишком много странностей, чтобы не обратить внимание на морской путь доставки боевиков. Например, неясно почему часть террористов явно скрылась после первых нападений, а точнее растворилась среди мирного населения. А другая – предпочла превратиться в смертников. Почему атаковали все людные места, но упор делали не на индусах-индуистах, которые и являются главными врагами кашмирских исламистов, а разыскивали иностранцев? Почему среди объектов неожиданного нападения был, по последним данным, всего один полицейский участок, хотя застав как можно большее количество стражей порядка врасплох можно было, соответственно, оттянуть по времени скоординированную антитеррористическую операцию властей?
Ясно, что, по меньшей мере, бредовыми являются и цели, якобы озвученные представителями террористов: выпустить всех моджахедов из индийских тюрем и «дать нормально жить всем мусульманам в Индии». С таким же успехом можно было попросить индийцев-индуистов переселиться на остров Цейлон, в Шри-Ланку, или переименовать день – в ночь. И боевики, а точнее тот, кто организовывал эту операцию, не мог не понимать всю абсурдность этих требований.
Следовательно, цели были иные. Индийский премьер Манмохан Сингх заявил, что террористы хотели «запугать» индийцев. Но это явно не может быть конечной целью. Запугать – а дальше что? Захватить? Интересно было бы посмотреть на власти страны, пусть даже нестабильного Пакистана, которые решаться в здравом уме и твердой памяти атаковать государство, обладающее ядерным оружием.
Конечно, так и тянет обнаружить «руку «Аль-Каиды». Кровавые пальцы Бен Ладена протянулись к горлу демократической Индии, которая могла бы стать базой для масштабной контртеррористической операции в Пакистане, если Запада на нее когда-нибудь решиться. Приблизительно такой текст, вероятно, можно будет увидеть в некоторых Западных газетах. Однако для «Аль-Каиды» вряд ли есть смысл в таком теракте – Индия в любой ситуации с удовольствием предоставит любую помощь тому, кто соберется напасть на Пакистан, хотя бы потому, что для нее самой это проблематично.
Следовательно, не сбрасывая полностью исламский терроризм со счетов, следует поискать иного противника: экономического. Для кого, в условиях сворачивания внутреннего спроса в западных странах, куда в основном поставляет Индия свои экспортные товары, индийская экономика является прямым конкурентом? Кто был бы заинтересован в том, чтобы замерла финансовая система этой страны, и без того уже серьезно пострадавшей от кризиса? Вот среди этих игроков мировой политики и следует, скорее всего, поискать вдохновителя и финансового спонсора мумбайских террористов.
Южная Осетия готовится к повторным выборам президента, которые состоятся 25 марта 2012 года. Всего несколько месяцев отделяет нас от прошлогодней ноябрьской кампании, так и не принесшей победу никому из участников. Еще меньший интервал между нынешней политической активизацией и Соглашением между властями и оппозицией, которое в полную меру так и не заработало. Более того оно было последовательно нарушено сначала властью, а потом ее противниками. Однако, несмотря на столь незначительный временной отрезок предыдущую и нынешнюю кампанию многое отличает. Мы можем говорить о формировании новой предвыборной повестки дня, в деталях которой следует более предметно разобораться.
Украинская оппозиция готовится к серии протестов против непопулярных социально-экономических реформ власти. Власть пока ограничивается «косметическими» перестановками в правительстве. К чему приведет такая ситуация? Насколько вероятна «украинская весна» по арабскому сценарию? На эти и другие вопросы «Политком.Ру» отвечает украинский политолог, директор Центра прикладных политических исследований «Пента» (Киев) Владимир Фесенко.
В кипении страстей антипутинских и пропутинских митингов и в мощном поле притяжения общественного внимания, которое создает энергичная предвыборная активность самого Владимира Путина, публичная деятельность Дмитрия Медведева оказалась как-то на периферии, многие даже стали забывать, что он все еще является и до мая будет оставаться президентом. Очевидно, что такая ситуации самому Медведеву не нравится, и 6 февраля он встретился с общественным комитетом сторонников, чтобы напомнить о своих президентских полномочиях и своих ближайших планах по политической реформе.
Два года назад в истории Северного Кавказа произошло важное событие – был создан отдельный Северо-Кавказский федеральный округ. Существуют разные оценки эффективности этого решения и в целом той политики, которую федеральный центр проводит на Кавказе. Российские власти по-прежнему упрекают в отсутствии целенаправленной и осмысленной кавказской политики, а сами регионы Северного Кавказа продолжают восприниматься многими в сугубо негативном свете, как рассадники терроризма и коррупции, которым может быть и вовсе не место в Российской Федерации. С нашей точки зрения, в обсуждениях кавказской проблематики не хватает прежде всего объективного, очищенного от страстей и эмоций анализа ситуации, на основе которого можно было бы давать и осмысленные рекомендации властям.
Украинская оппозиция может похвастаться достижением. Подписав 22 января, во время митинга в столице, Соглашение о согласованных действиях, 11 оппозиционных проектов и Виталий Кличко от «УДАРА» осилили создать информповод, обеспечивший прайм-тайм телеканалов и полосы газет. Но не прошло и двух недель, как ситуация забуксовала. Что и неудивительно, ведь за последнее время оппозиция превратилась в «коллективного Паниковского». Да, «нарушитель конвенции» все еще твердит «Пилите, Шура, пилите», не желая замечать, что Шуры давно рядом нет. Есть ли вообще перспективы у украинской оппозиции?