В списке нареканий к российским судам главенствуют две позиции: предельная сервильность судов в любых делах, имеющих политический оттенок, и так называемый обвинительный уклон — тенденция любой ценой уклоняться от вынесения решений, которые могли бы поставить под сомнение позицию государственного обвинения или «помешать» силовикам в борьбе с преступностью.
В конце января Росстат подвёл итоги социально-экономического развития России за 2011г. и предоставил первую оценку динамики ВВП страны. Вопреки многочисленным заверениям российских чиновников и кремлёвских экономистов относительного «выхода российской экономики на траекторию устойчивого развития» и «успешного преодоления кризисных явлений», наблюдается беспрецедентное за последние 3 года охлаждение производственной и деловой активности.
Декабрь закрепил сложившуюся в прошлом году тенденцию: темпы роста кредитов населению существенно превышают темпы роста кредитов предприятиям реального сектора экономики.
Исследователям, журналистам и политикам давно известно, что в сегодняшних международных отношениях риторика всё дальше расходится с печальной реальностью. Примеры такого положения вещей можно найти в каждом регионе мира, однако нигде, пожалуй, контраст не является таким ярким, как в Африке, где все проблемы современной мировой политики предстают в своём самом неприглядном виде.
Бедность беда, конечно, большая, но известен пример Индии, десятилетиями способной поддерживать сосуществование многих миллионов людей в нищете, демократию и передовые научные достижения почти без помощи международного сообщества. Африке же и такая поддержка мира не помогает. Или вопрос можно поставить по другому: хочет и может ли мировое сообщество помочь беднейшему континенту Земли?
Два ряда событий последнего времени активизировали обсуждение этого вопроса. Во-первых, с августа идёт постоянное нарастание интенсивности боёв на востоке Демократической республики Конго между правительственными войсками и так называемым Национальным конгрессом ради защиты людей, поддерживающим оппозиционного генерала Нкунду, который оказался недоволен установленным при участии и одобрении международного сообщества в стране политическим режимом.
Комментаторы, политические лидеры и репортёры в последние годы с радостью сообщали, что наконец-то в страну, десятилетиями измученную войной всех против всех, пришёл мир и даже демократия. Но теперь оказалось, что без традиций и условий, позволяющих демократии функционировать, Конго вновь погружается в войну. Бедные мирные жители районов, где происходят боевые столкновения, ломают голову над тем, кого бояться больше – правительственных солдат или бойцов Нкунды. И те, и другие демонстрируют худшие образцы местного варварства. Счёт беженцев идёт на сотни тысяч, эпидемии, особенно холеры, грозят побить местные «рекорды».
Пан Ки Мун вопрошает о новых подкреплениях для и без того самого многочисленного на планете миротворческого контингента. Речь идёт о трёх тысячах бойцов, что для масштаба конголезского насилия достаточным совсем не кажется. (Сейчас всё больше сообщений о том, что миротворцы нынешней резне не всегда препятствуют). Не понятно, откуда эти дополнительные силы возьмутся. Вроде бы, готовы помочь африканские государства, особенно соседи Конго. Но тут важен вопрос легитимности: в истории конголезских войн известны моменты, когда в боевые действия в стране были втянуты армии чуть ли не всех соседей, отстаивающих свои интересы в такой богатой природными ресурсами ДРК. Европейцы не желают рисковать даже в Афганистане, где необходимость их присутствия для поддержания международной безопасности куда более очевидна. У американцев и без Конго забот хватает.
Пока наибольшее желание помочь ООН выразила ещё не совсем оправившаяся от недавней гражданской войны Ангола. Впрочем, присутствие ангольских войск отдельными племенами и полевыми командирами может быть расценено как агрессия более сильного западного соседа. С востока же грозит другая напасть: в отрядах Нкунды воюют в основном представители племени тутси, а значит, в игру вступает фактор острых этнических противоречий в соседней Руанде, в последние дни также оказавшейся в фокусе внимания многих СМИ.
Дело в том, что с новой остротой вспыхнул давний конфликт между руандийскими властями и официальным Парижем. Затяжные взаимные обвинения двух стран друг друга уже давно напоминают «мыльную оперу»: предъявляя доказательства, нынешние руандийские власти обвиняют Францию в содействии геноциду, организованному племенем хуту против племени тутси в 1994-ом году. В ответ Франция перешла в активное наступление на нынешнего руандийского президента Кагаме, тутси по национальности, заявив, что он и его соратники – среди главных организаторов геноцида. Девятого ноября в рамках общеевропейского ордера, запрошенного Францией, в аэропорту Франкфурта была арестована Розе Кабуйе, руководительница протокола президента Кагаме. После этого посольство случайно втянутой в спор Германии в Руанде оказалось в настоящей осаде. Из Берлина был отозван руандийский посол, на дверь указали и его немецкому коллеге в Руанде. В Германии всё больше голосов, сомневающихся в необходимости для страны впредь следовать таким европейским ордерам. Ещё немного усомнятся в необходимости быть членом Европейского Союза…
Понятно, что возобновление полномасштабной войны в Конго и руандийско-французско-немецкий скандал в информационном поле текущего политического момента большого места не занимают – куда им тягаться с победой Обамы, мировым финансовым кризисом, переговорами ЕС и России или хотя бы даже здоровьем так дорого жителям Северной Кореи лидера Ким Чен Ира. Но даже если бы ничего больше не происходило, про Африку сообщали бы немного: дежурно плохие новости на фоне отсутствия какого-то решения глубинных проблем целого континента не самое привлекательное для публики зрелище.
Уж лучше говорить о растущих объёмах гуманитарной помощи, прорывах в ходе борьбы с эпидемиями, успехах миротворческих операций, растущей роли ООН, планетарном укреплении демократии, справедливом международном правосудии, преодолении злополучного наследия колониализма. Беда только, что африканская реальность все эти пассажи постоянно опровергает.
Николай Пахомов - эксперт Института демократии и сотрудничества (Нью-Йорк)
Южная Осетия готовится к повторным выборам президента, которые состоятся 25 марта 2012 года. Всего несколько месяцев отделяет нас от прошлогодней ноябрьской кампании, так и не принесшей победу никому из участников. Еще меньший интервал между нынешней политической активизацией и Соглашением между властями и оппозицией, которое в полную меру так и не заработало. Более того оно было последовательно нарушено сначала властью, а потом ее противниками. Однако, несмотря на столь незначительный временной отрезок предыдущую и нынешнюю кампанию многое отличает. Мы можем говорить о формировании новой предвыборной повестки дня, в деталях которой следует более предметно разобораться.
Украинская оппозиция готовится к серии протестов против непопулярных социально-экономических реформ власти. Власть пока ограничивается «косметическими» перестановками в правительстве. К чему приведет такая ситуация? Насколько вероятна «украинская весна» по арабскому сценарию? На эти и другие вопросы «Политком.Ру» отвечает украинский политолог, директор Центра прикладных политических исследований «Пента» (Киев) Владимир Фесенко.
В кипении страстей антипутинских и пропутинских митингов и в мощном поле притяжения общественного внимания, которое создает энергичная предвыборная активность самого Владимира Путина, публичная деятельность Дмитрия Медведева оказалась как-то на периферии, многие даже стали забывать, что он все еще является и до мая будет оставаться президентом. Очевидно, что такая ситуации самому Медведеву не нравится, и 6 февраля он встретился с общественным комитетом сторонников, чтобы напомнить о своих президентских полномочиях и своих ближайших планах по политической реформе.
Два года назад в истории Северного Кавказа произошло важное событие – был создан отдельный Северо-Кавказский федеральный округ. Существуют разные оценки эффективности этого решения и в целом той политики, которую федеральный центр проводит на Кавказе. Российские власти по-прежнему упрекают в отсутствии целенаправленной и осмысленной кавказской политики, а сами регионы Северного Кавказа продолжают восприниматься многими в сугубо негативном свете, как рассадники терроризма и коррупции, которым может быть и вовсе не место в Российской Федерации. С нашей точки зрения, в обсуждениях кавказской проблематики не хватает прежде всего объективного, очищенного от страстей и эмоций анализа ситуации, на основе которого можно было бы давать и осмысленные рекомендации властям.
Украинская оппозиция может похвастаться достижением. Подписав 22 января, во время митинга в столице, Соглашение о согласованных действиях, 11 оппозиционных проектов и Виталий Кличко от «УДАРА» осилили создать информповод, обеспечивший прайм-тайм телеканалов и полосы газет. Но не прошло и двух недель, как ситуация забуксовала. Что и неудивительно, ведь за последнее время оппозиция превратилась в «коллективного Паниковского». Да, «нарушитель конвенции» все еще твердит «Пилите, Шура, пилите», не желая замечать, что Шуры давно рядом нет. Есть ли вообще перспективы у украинской оппозиции?
RSS 2.0
Взгляд
