Разбушевавшийся в Америке кризис оказался многогранным. Начавшись на рынке кредитов, он обрушился на фондовый рынок, создал угрозу для всей экономики, продемонстрировал слабости американской политической системы, указал пределы и ошибки внешнеполитического курса Вашингтона. Злорадствовать по этому поводу глупо – на США сегодня завязано слишком многое на планете. Если беда случится с (пока) самой сильной державой Земли, несладко придётся всем. Поэтому вызывает сожаление, что сейчас быстрого и эффективного выхода из сложившегося кризисного положения не просматривается.

Наиболее смелые специалисты пытаются разобраться в причинах произошедшего. Сделать это не просто. Во-первых, сама по себе структура современной американской экономики чрезвычайно сложна. Скажем, из анекдота повседневностью на Уолл-стрит стал тот факт, что даже самые лучшие специалисты ведущих финансовых учреждений крайне редко знают, чем же на самом деле торгуют и откуда берутся их прибыли. Во-вторых, практически невозможно проследить хронологию кризиса. «Нью-Йорк Таймс» попыталась описать случившееся почти по часам, но в качестве начала кризиса избрала 12.30 15-го сентября. Однако таких дат может быть множество.

Ещё в августе прошлого года начало лихорадить ипотечные учреждения. Желающие могут проследить причины до 1999-го года, когда под давлением администрации Клинтона резко были упрощены условия предоставления ипотечных кредитов. Впрочем, предыдущий президент-демократ и до этого выступал в пользу меньшего регулирования финансовых рынков. Можно смотреть и дальше – восьмидесятые годы стали временем расцвета всяческих сложнейших математических теорий, лежащих в основе операций выдачи кредитов на кредиты, раздувших за последние 10-15 лет пузырь американской экономики. За эти годы выяснилось, что даже умудрённые опытом многочисленных мошенничеств и Великой депрессии, достигшие признанных успехов в бизнесе американцы, и простые люди, и «акулы» финансового мира, готовы активно участвовать в построении гигантской «пирамиды», крушение которой мы наблюдаем сегодня. Знаменитая американская необразованность тут также сыграла свою роль (уместнее даже говорить о глупости): как иначе объяснить то, что люди массово набирали кредиты, не имея возможности их оплачивать?

Неожиданным образом здесь вступает в игру и внешнеполитический аспект. Администрация Буша после 11-го сентября отчаянно нуждалась в деньгах для борьбы с международным терроризмом. Известно, что хорошо заполняется казна, когда экономика в порядке, соответственно, нужно было всячески развивать и поддерживать потребление, способное обильно питать разные предприятия, платящие налоги. Есть версия, что осознали это даже на самых верхних этажах американской власти – Буш появился в ролике, призывающем американцев больше путешествовать.

Не только путешествовали, но и покупали дома, машины, а также обильно тратили деньги, взятые в долг под купленное в долг до этого. Ещё не утратившие понимания сложных математических формул финансисты скупали такие долги оптом и на их основе создавали новые долговые бумаги, которые уже запускали на фондовый рынок. Скоро это понимание пропало – стало слишком сложно. Уж тем более не приходится требовать этого понимания от конгрессменов, которым Бернанке и Поулсон предложили для рассмотрения спасательный акт, согласно которому из государственного бюджета можно потратить 700 миллиардов долларов на выкуп у банков и других финансовых учреждений этих долговых активов, прозванных «радиоактивными».

На первый взгляд, логика в этом предложении присутствует – промышленности и сектору услуг нужны инвестиции, а инвестировать нечем. Не «радиоактивными» же бумагами? Конгрессмены же логичными сразу быть не пожелали – на дворе всё-таки сезон выборов. Дошло до абсурда: в тот момент, когда по ряду показателей наступивший кризис уже побил «рекорды» Великой депрессии, многим народным избранникам, особенно республиканцам, не понравилось недостаточное уважение, продемонстрированное к их персонам, Белым Домом в целом, и слишком оскорбительная для партии Буша речь спикера Пелоси перед голосованием в частности. В результате с первой попытки выделение 700 миллиардов было отклонено.

В этот момент демонстрация экономических слабостей Америки дополнилась проявлением слабостей политических. Дело даже не в том, что политики не понимают сложившейся ситуации и принимают важнейшие решения, руководствуясь тембром голоса председателя парламента. Проблема в смешавшихся координатах – «республиканская» повестка дня перепутана с «демократической», что смущает и без того почти потерявший всяческую идентичность электорат.

Прошли те времена, когда республиканцы могли обещать, что прогонят демократов из Вашингтона, прекратят «коммунизм», снизят налоги и помогут рядовому трудящемуся предпринимателю, а демократы грозились большим государственным контролем остановить распоясовшихся богачей и социально защитить большинство. Сегодня всё смешалось: администрация республиканца-Буша ведёт государственное наступление в экономике, при демократе-Клинтоне финансовые воротилы Уолл-стрита получили льготный налоговый режим и избавились почти от всякого надзора властей, а кампания другого демократа, Обамы, финансируется ведущими инвестиционными фондами.

Так что смена администрации спасением не станет. Значит, обеим партиями всё-таки придётся работать сообща. И работать много. Неудача будет болезненна не только для Америки, но и для всего мира – рухнув в пропасть, американская экономика запросто способно утянуть туда же и всё мировое хозяйство.

Николай Пахомов - Николай Пахомов - эксперт Института демократии и сотрудничества (Нью-Йорк)

08.10.2008