2 апреля Президент РФ Дмитрий Медведев сообщил, что внес в Госдуму поправки в Гражданский кодекс РФ, которые касаются основополагающих институтов гражданского права. По сути, речь идет о принятии новой редакции ГК РФ. Если законопроект будет принят Госдумой в весеннюю сессию, то он вступит в силу в сентябре 2012 года. Куратор разработки документа, министр юстиции Александр Коновалов, назвал документ революционным.
Буквально на днях Росстат опубликовал новую порцию важной макроэкономической статистики и подвёл итоги деловой активности в промышленности России по итогам января-апреля 2012г., которые оказались хуже даже пессимистичных ожиданий экономистов. Темпы роста промышленного производства в целом по всем отраслям народного хозяйства по итогам первых четырёх месяцев текущего года сжались до 3,3%, тогда как ещё по итогам всего 2011г. они превышали 4,7%, а в аналогичном периоде 2011г. превышали 5,5%.
За последние две недели заметно ухудшилась внешняя конъюнктура и ситуация на мировых финансовых рынках. Политический кризис в Греции поставил вопрос о ее присутствии в зоне евро, а последовавшее за этим снижение агентством Moody’s рейтинга 16 испанских банков привело к снижению фондовых индексов по всему миру. При этом, как обычно, развивающиеся рынки отреагировали сильнее, чем развитые. С начала мая американский фондовый индекс S&P 500 снизился на 7%. На столько же процентов снизилась капитализация акций стран, входящих в зону евро (в соответствии с динамикой индекса EURU STOXX 50). Снижение сводного индекса для развивающихся стран (MSCI EM) составило 11%, индекс РТС снизился на 18%. Свой вклад в снижение РТС внесло ослабление курса рубля, последовавшее за снижением цен на нефть до уровней 2011 года. Центральный банк РФ оценил масштабы оттока капитала в апреле в 7 млрд. долл., и, судя по всему, в мае этот процесс продолжился. В этой ситуации более чем странно выглядел дежурный оптимизм главы ЦБ РФ С. Игнатьева, выступавшего на правительственном часе в Госдуме, где он заявил о том, что Россия лучше готова к кризису, чем четыре года назад, а также о том, что не считает нужным проводить политику, направленную на ослабление рубля.
Трагическая смерть владельца оппозиционного сайта «Ингушетия.Ру» Магомеда Евлоева может существенным образом изменить этнополитическую ситуацию на Северном Кавказе. И дело даже не в том, что обычно гибель знакового оппозиционного журналиста нередко становится «моментом истины» для власти, выявляет, как на рентгеновском снимке все ее слабые и сильные стороны. И не в самих обстоятельствах гибели Евлоева (летел на одном самолете с президентом республике Муратом Зязиковым, сейчас интенсивно обсуждается роль правоохранительных структур в этом деле), хотя сам фон этих трагических событий должен стать предметом серьезнейшего разбирательства на федеральном уровне. Сегодня смерть бывшего владельца оппозиционного сайта (который в ингушских политических условиях был и есть - не просто веб-ресурс, но своеобразный виртуальный аналог газеты «Искра», вокруг которого группируются противники республиканской власти) имеет все шансы стать не региональной или общероссийской, а международной новостью. До сих пор дестабилизация в самой маленькой северокавказской республике обсуждалась разве что на правозащитных семинарах или конференциях (в частности ситуации в Ингушетии посвятил один из своих форумов известный фонд Джеймстаун).
После 31 августа 2008 года ингушская ситуация может стать предметом уже широкой политической дискуссии. Оговоримся сразу. Такая дискуссия, скорее всего, будет носить конъюнктурный характер (в тех же США тема будет актуализирована перед выборами). Многое будет зависеть от адекватных и профессиональных действий российской власти (федеральный центр должен был намного раньше понять, что Ингушетия- это не региональная или местная проблема, это - серьезный вопрос для всего государства). Однако именно в начале осени 2008 года представители ингушской светской (и до сего момента лоялистской) оппозиции впервые высказали мысль о возможности обсуждения статуса Ингушетии вне России. Об этом в интервью «Эхо Москвы» заявил Магомед Хазбиев: «Нам нужно просить Европу или Америку отсоединить нас от России, если мы не угодны этой стране».
Конечно, на основании таких достаточно осторожных заявлений и оговорок трудно делать окончательные выводы. Наверное, было бы также преувеличением говорить об оппозиции, как выразителе воли всего народа Ингушетии. Нелюбовь к действующей власти еще не означает полного одобрения действий и лозунгов оппозиции. Следует также отметить, что требование отставки Зязикова не тождественно сепаратизму. Однако об определенной радикализации той части оппозиции, которая еще вчера апеллировала к российскому президенту и российскому же законодательству, мы можем говорить. Словосочетание «международное сообщество» все активнее входит в политический словарь ингушских оппозиционеров. Теперь уже не только республиканская, но и федеральная власть становится мишенью для критики. Между тем, еще совсем недавно ингушские правозащитники и оппозиционеры считали иначе. Председатель Комитета по защите прав вынужденных переселенцев и эксперт Московской Хельсинкской группы по Северному Кавказу Асламбек Апаев направил в январе 2008 года обращение к тогдашнему президенту РФ Владимиру Путину (а не в Совет Европы или в Европейскую комиссию) с требованием наказать «виновников безобразия и беззакония» в Ингушетии. Следовательно, Москва не рассматривалась, как главный вызов значительной частью ингушского населения. В сентябре 2008 года происходит определенная коррекция взглядов некогда лоялистской оппозиции.
В обстоятельствах, когда формально-юридическое признание Россией независимости Абхазии и Южной Осетии широко обсуждается (и зачастую в негативном для РФ ключе) данная новость наверняка привлечет к себе внимание. Для жестких оппонентов последних внешнеполитических решений российского президента (типа сенатора Джона Маккейна) будет найден прекрасный повод для «подтверждения прогнозов» о том, что признание двух бывших грузинских автономий станет началом распада Российского государства.
Хочется надеяться, что объективное следствие и судебное разбирательство точно установят все обстоятельства трагической гибели оппозиционного журналиста и меру ответственности каждого. Однако даже если принять версию о сопротивлении Евлоева сотрудникам правоохранительных структур, то, как говорится, «тщательнее надо быть». И профессиональней. Это как раз тот случай, где излишний либерализм не помешал бы. Надо было беречь Евлоева, как зеницу ока для того, чтобы никто не мог впоследствии интерпретировать случившееся, как специально антиингушские действия и как повод для обращений в международные инстанции. И это- проблема не регионального, а общенационального уровня. Когда «местечковость» и отсутствие контекстуального мышления (умения связывать внутриполитические события и международные реалии) превалируют в действиях ответственных лиц, это является угрозой национальной безопасности страны. Намного большей, чем финансирование Грузии по линии НАТО или американского бюджета. Она является намного большей (и в определенных случаях критической), хотя бы потому, что мы сами не в состоянии повлиять на решения Белого дома или Североатлантического Альянса. Здесь мы можем выступать лишь в роли критиков и оппонентов. Иное дело - внутриполитическое пространство. Не решая же в течение долгих лет наши внутренние проблемы, замалчивая их, не умея взаимодействовать с оппозицией, мы сами открываем широкие ворота для политического радикализма. Напомним, что в прошлом году, когда в Турции был убит армянский журналист Грант Динк, премьер-министр Реджеп Эрдоган назвал это вызовом «национальному единству страны». В результате четких действий турецких правоохранительных структур и спецслужб убийца был найден, что называется, по «горячим следам». Заметим, речь шла не просто об оппозиционном журналисте. Грант Динк был для Турции представителем «армянского мира» (у Анкары и Еревана сегодня нет официальных дипломатических отношений, а проблема геноцида армян давно вызывает изжогу у турецкого истеблишмента). И, тем не менее, эту проблему Эрдоган решил жестко и профессионально. И вовсе не из-за абстрактного альтруизма и человеколюбия. Просто турецкий премьер решал проблему в широком контексте внешней и внутренней политики страны (понимая, что убийство на этнической почве раскалывает Турцию, а антиармянская риторика мешает его стране продвигаться на европейском направлении и создает ненужную напряженность с США). Как говорится, ничего личного. В случае же с евлоевским инцидентом (и взаимоотношениями с ингушской оппозицией вообще) Москва должна дать четкий сигнал: она не считает ингушей второсортными гражданами. Можно спорить, так ли это на самом деле (есть аргументы и за и против). Но такое восприятие в республике есть. Его можно замалчивать, лакировать рассказами о «привлекательном для туристов Джейраховском районе». Однако от этого проблема не становится меньше.
В этой связи чрезвычайно важным является ответ на вопрос: «Действительно ли взаимосвязаны между собой признание независимости Южной Осетии и очередная дестабилизация в Ингушетии?» Такой вывод напрашивается, если следовать логике сторонников «прецедентного подхода» (одно самоопределение влечет за собой другие). Между тем прямого воздействия одного сюжета на другой нет, хотя взаимосвязь осетино-грузинского и осетино-ингушского конфликтов существует. Проблемы Ингушетии накапливались не один год и не разрешались они вне всякой связи с динамикой политического самоопределения Южной Осетии. Однако формально-правовое признание Южной Осетии 26 августа 2008 года (вкупе с этнозащитной по отношению к осетинам риторикой, финансовыми вливаниями в Цхинвали и прочее) определенным образом влияет на политические стереотипы, фобии и комплексы в Ингушетии. У многих внутри республики возникал (и не только сегодня) вопрос: «А чем мы хуже, если мы - такие же граждане РФ?» Увы, ответ на этот вопрос внятно не давали не республиканские чиновники, ни представители федерального центра (которые уже давно избрали дистанционный способ управления республикой). Между тем, такой ответ надо было давать (при этом, не пытаясь выяснять, кто более матери - России дорог).
До последнего времени в Ингушетии (в отличие от Чечни 1990-х гг.) не было развитого сепаратистского движения. И вообще курс на сецессию здесь не был популярен.
В годы Кавказской войны XIX века ингуши «отметились» фактически только Назрановским восстанием 1858 года (и само это восстание было направлено не столько против империи, сколько против местной элиты, «афилированной» с Россией). Существующее в республике экстремистское подполье объединяется на базе радикального исламизма, а не этнического национализма, считая главным своим противником не столько федеральный центр, сколько республиканскую власть. Ингуши, выступавшие за независимый от России Северный Кавказ, приняли участие, как в строительстве де-факто государства Чеченская Республика Ичкерия, так и в деятельности чеченских сепаратистских вооруженных формирований. В 1991 году Ингушетия отделилась от Чечни во многом потому, что в массе своей жители республике не хотели национальной независимости. Даже в ходе осетино-ингушского конфликта 1992 года ингушские политики отказались от помощи соседей, де-факто независимой Ичкерии. В самой Ингушетии до 2007 года не было организованного сопротивления федеральным силам (хотя эксцессы нередко возникали). Однако ситуация «стабильной нестабильности» не способствует тому, чтобы Ингушетия и дальше продолжала оставаться территорией «без сепаратизма». Повторимся еще раз. Сегодня делать алармистские прогнозы относительно «выхода Ингушетии из состава России» преждевременно. Отдельные представители оппозиции обратились к тезису об «отсоединении» конъюнктурно. Но, скажем так, не совсем критическое отношение Москвы к республиканской власти и местным правоохранительным структурам не добавляет популярности российскому проекту в целом. В этой связи более жесткое федеральное вмешательство в политические процессы в Ингушетии представляется актуальной задачей. Центр не должен отмалчиваться, он должен более активно формировать повестку дня (а не запоздало реагировать на уже случившиеся события). Иначе эту задачу возьмут на себя другие люди и другие силы. И будут это делать отнюдь не в российских интересах. Москва не должна спешить, причисляя всю оппозицию в Ингушетии к «врагам Отечества». Ситуация здесь намного более сложная. Оппозиция самим фактом своего существования фиксировала отсутствие обратной связи между республиканской властью и населением (проблему, решением которой Москва должна активно заниматься). В самой маленькой республике Северного Кавказа пока еще существуют патерналистские настроения, а потому жесткий, эффективный и справедливый (по методам подачи) ответ центра найдет поддержку населения. Однако опоздание с внятным политическим ответом уже стало критическим. В самое уже ближайшее время Москва должна обозначить свой ингушский проект. В противном случае инициатива может перейти к оппозиции уже другого качества.
И последнее замечание (по порядку, но не по важности). В свое время Эрнест Ренан говорил о нации, как о «ежедневном плебисците». Грузия проиграла свой плебисцит в Абхазии и в Южной Осетии потому, что не смогла донести до абхазов и осетин мысль о том, что именно она является их родиной, а Тбилиси их столицей. Сегодня у РФ есть все возможности для выигрыша плебисцита. Осталась самая малость - убедить народ Ингушетии в том, что он не приходится России пасынком.
Сергей Маркедонов - заведующий отделом проблем межнациональных отношений Института политического и военного анализа
Украина - страна жлобов, бандитов и проституток. Кому приятно такое слышать? Тем более, что это неправда. А вот иностранная пресса взахлеб рисует такую нелицеприятную картинку. И ситуация с имиджем Украины не изменится, пока за дело не возьмутся сами украинцы. Не перекладывая ответственность за честь страны на чиновников, политиков и бизнесменов. Именно от обычных граждан зависит спасение имиджа своей страны в глазах соседей и дальнего зарубежья. Тем более, что приближается подходящий повод - футбольный чемпионат Евро-2012.
Этот политический сезон для Украины обещает быть очень интересным и насыщенным: выборы, вопрос вхождения в Таможенный союз или сближения с Европой, «дело Тимошенко» и, конечно, возвращение политиков кучмовского призыва. Таким ярким деятелем является Виктор Медведчук, экс-глава Администрации Леонида Кучмы, сыгравший не последнюю роль во многих политических событиях Украины посткучмовского периода. Политик активно комментирует двусторонние отношения, поэтому «Политком.Ру» задал несколько вопросов для разъяснения его позиции: как стоит оценивать перспективы российско-украинских отношений в 2012 году, как парламентские выборы-2012 повлияют на российско-украинские отношения?
23 мая в Ново-Огарево президент Владимир Путин провел встречу с руководством партии «Единая Россия» по кадровому вопросу – представлению кандидатур на должности губернаторов Карелии, Свердловской и Иркутской областей. Но неожиданно Путин пригласил на встречу главу президентского Совета по развитию гражданского общества и правам человека (СПЧ) Михаила Федотова, что внесло в это дежурное мероприятие очевидную интригу. Она связана с позицией президента по скандальному, вызвавшему бурные общественные дебаты законопроекту об ужесточении наказаний за нарушение порядка проведения митингов, который был внесен единороссами в Госдуму сразу после разгона «Марша миллионов» 6 мая, сопровождавшегося столкновениями радикальной части протестующих с полицией.
Еще до того, как в результате повторных президентских выборов главой Южной Осетии стал Леонид Тибилов, стало более или менее ясно, что частично признанной республике следует ждать кадровых перемен. К такому выводу подталкивал сам ход избирательной кампании. Все 4 претендента на кресло главы республики состязались в своем стремлении дистанцироваться от Эдуарда Кокойты. Тогда же будущий победитель избирательной гонки Леонид Тибилов заявил о том, что считает возможным и даже необходимым включение главного возмутителя югоосетинского спокойствия Аллы Джиоевой в практическую работу по восстановлению республики. Предвыборные страсти отгремели, новый президент вступил в должность. И формирование новой команды стало его первостепенной задачей.
Первые украинские оппозиционеры категорически отказались принимать участие в работе Конституционной Ассамблеи. Президент Янукович подписал указ о ее создании 17 мая, назвав специальным вспомогательным органом и назначив руководителем Леонида Кравчука. На первый взгляд, оппозиция демонстрирует бескомпромиссность в борьбе против «преступного режима». Почему же выходит, что «уход в отказ» только на руку власти, которая благодаря оппозиционерам получает свободу действий в продвижении своего проекта Конституции.
RSS 2.0
Взгляд
