Перед Украинской Православной Церковью (Московский Патриархат) сегодня стоит много самых различных проблем. О них, а также о взаимоотношениях УПЦ с другими Церквями на Украине в интервью «Политком.ру» Василий Анисимов, глава пресс-службы УПЦ, референт Предстоятеля УПЦ, заслуженный журналист Украины.

- Одна из самых главных церковных тем сегодня – это вопрос об автокефалии УПЦ. Каково Ваше и официальное церковное отношение к этой теме?

- Как официальная Церковь на это смотрит всем известно: был принят документ на Архиерейском Соборе в декабре прошлого года, где написано, что Собор обращается к верующим и заверяет всех (это было четко прописано), что епископат Украинской Православной Церкви свято бережет единство Русской Православной Церкви. Уже из-за этого я всегда считал, что вопрос должен быть закрыт.

- Однако епископ Переяслав-Хмельницкий, секретарь Блаженнейшего Митрополита Киевского и всея Украины Владимира Александр Драбинко на своем сайте проводит опросы, посвященные теме автокефалии.

- Владыка Александр был среди тех епископов, кто подписал это обращение. Давайте будем верить голосу епископата!

Я-то понимаю, например, что нашей власти это все нужно. Но Церковь вообще очень инертный организм, за тысячелетия в ней столько всякого произошло, тем более с Православной Церковью в Украине. Приходит очередной правитель на какое-то время и хочет поменять то, что заложено веками. И, как ни странно, сталкивается всегда с очень серьезными проблемами. Леонид Кравчук хотел чуть ли не за полгода сделать автокефалию при помощи админресурса и прямого насилия. И ничего не получилось! Да, отняли они у нас сто храмов на Волыни, а тысяча осталась! Вы думаете, храмы там молодые люди защищали? Старушки, которых и бить-то не надо было, священники! Раскольники-«филаретовцы» («Украинская Православная Церковь – Киевский Патриархат») создавали свои общины, а рядом разрасталась каноническая община, хотя где Волынь, а где Москва?!

- В одном из своих выступлений Вы говорили, что пока обсуждается автокефалия УПЦ, униаты открывают свои экзархаты на Востоке Украины, на той земле, которая исконно считалась православной.

- Так унии не было и на Волыни! Там в свое время они столько крови пролили! Униаты поддерживают раскол. Глава Украинской Греко-католической Церкви Любомир Гузар даже службы проводит вместе с Филаретом. Греко-католики – это часть Римско-католической Церкви, с которой мы находимся в каноническом общении, признаем друг у друга таинства, прещения (запреты). То есть, если католики становятся православными, мы их не перекрещиваем, а «филаретовцев» перекрещиваем. Значит, и греко-католики должны уважать наше прещения! М. Денисенко (Филарет) отлучен от Церкви. Но, видимо, политика у них превыше. В Украине в целом плохо относятся к унии. Это многовековая ненависть. Знаменитый Тарас Шевченко писал, что «именем Христа пришли ксендзы (…) и пролили великое море слез и крови», они распинали и мучили именем Бога. Вся украинская национальная литература – антиуниатская, потому что они действительно много бед принесли.

Конечно, сегодня униатам с нами бороться тяжело. Потому и пускают впереди себя филаретовских «янычаров», ведь они сами украинцы и т.д. и т.п. Это для них очень удобно, потому что они расшатывают Церковь изнутри. Давайте, говорят, сделаем автокефалию. Украинская Православная Церковь станет шестнадцатой автокефальной Православной Церковью в мире, хотя никто такого Патриарха не признает и пр. Но посеется смута. Эта тема полезна для тех, кто устраивает эту смуту в Украине, борется с православием и, самое главное – пытается разорвать тысячелетние единство Церкви, которая возникла на берегах Днепра. Наш Святейший Патриарх Алексий II до сих пор носит посох Волынского митрополита Петра.

И вот все это пытаются разорвать: вот здесь, оказывается, украинское православие, здесь русское, а есть еще, белорусское, молдавское. А чем они отличаются? Никто не знает! Отвечают, что есть украинская мова, есть еще и белорусская. Но все применяют церковнославянский язык! То есть все это – сугубо политические расклады. Наш раскол и создавали политики. И если государство сегодня не будет поддерживать «филаретовцев» в их незаконном статусе и в паразитировании на нашем имуществе (они ведь, используют наши храмы!), то они завтра развалятся, исчезнут, яко дым.

- Какие еще есть проблемы у православия на Украине, кроме автокефалии?

- Так в том то и дело, что автокефалия – не проблема. Вы можете себе представить, чтобы действующий священник, несущий послушание, служащий в храме, вообще об этом беспокоился? У нас более тысячи храмов строится, монастыри восстанавливаются, а народ бедный. Все это вытягивает силы. Вот в моем селе под Киевом освятили храм в этом году, хотя его 20 лет строили и еще много лет строить будут! Ведь храм еще расписывать надо. Сколько еще денег стягивать!

А кроме строительства надо также и социальной работой заниматься. Надо и местным жителям помогать, особенно престарелым. Я не думаю, чтобы любой человек, который выполняет эти основные церковные функции, просыпался бы с утра и говорил: «Не хватает автокефалии!» Миряне Блаженнейшего Митрополита раз в два года видят, все также и останется, если он будет в ранге Святейшего!

Реальная проблема в том, что Церковь еще не отделена в Украине от государства. По закону-то она отделена, но оторваться от этого государства очень трудно. Церкви у нас в Украине не возвращен статус юридического лица. Юридическим лицом является, например, митрополия (пять человек). Мы только в сознании своем и по своей воле общая структура. Есть официальный статус у всей Русской Православной Церкви, а у нас – нет. В УПЦ только приходы имеют такой статус. Как Владимир Ленин лишил в 1918 г. Церковь юридического лица, так мы и существуем. Он это сделал, чтобы Церковь как единая сила не могла противостоять Советской власти. Легче бороться с отдельными частями, чем с целым.

Не решены вопросы реституции церковной собственности, то есть она не возвращена Церкви. Большинство храмов – в аренде. А ведь эту аренду еще и продлять надо. Все это – те нити, которыми власть имущие крепко держат УПЦ: «продлю – не продлю аренду, а как вы голосовать будете?» Я говорю гипотетически, но мы знаем, что для нашей власти нет ничего гипотетического, чего бы она не сделала совершенно реальным.

Не разрешена, к тому же, хозяйственная и (в полной мере) благотворительная деятельность. Так что проблем очень много. Даже приют и благотворительные столовые нельзя открыть! В советское время это не разрешали, и у нас частично сохранилось это законодательство. В 1992 г. был принят закон «О свободе совести и религиозных организаций». Он разрешил регистрацию и т.п. Так в Украине он с того времени и действует.

Любой церковный человек с этими реальными проблемами встречается каждый день. А статус самой Церкви – экзархат, автокефалия или автономия – это внутренние дела Церкви. И он никаким образом не влияет на миссию спасения. И при коммунистах, когда Церковь буквально «затаптывали», и оставалось только пять священников на область, она все равно выполняла свои функции.

- Вы известны также как специалист по деятельности «киевского патриархата». Что он из себя представляет?

- По моему мнению, эта та структура, которая паразитирует на православии. В прямом смысле этого слова. Они не имеют благодати, и они это знают прекрасно. Даже сам «патриарх» Филарет об этом знает! Они говорят: когда-нибудь нас признают. Ну, вот тогда и будете священниками. Но если вы пока не священники, то и не имеете право священнодействовать и рукополагать. Это святотатство.

А паразитируют они при помощи власти, политических доктрин. У нас же раскол не на основе вероучения произошел! Просто выгнали из Церкви одного человека. Он говорит: «А я не уйду! У меня друг – президент!» Основная часть Церкви осталась едина, одного выгнали, он с соратниками создал параллельную структуру, отобрали у Церкви все деньги и считали, что все! Куда, мол, вы денетесь?! Я иногда говорю, что при этом был разрушен марксизм, точнее один из его главных тезисов – бытие определяет сознание. Ведь раскольники храмы отбирали, деньги забрали и Киево-Печерскую лавру штурмовали! А Церковь выстояла. Тысячелетняя правда восстала против этого произвола, и люди, которые до этого были индифферентны, вдруг пробуждались («Да что же такое творится!»). Когда человек видит явную несправедливость, такое случается.

Наши раскольники из «киевского патриархата» - это самозванцы, сугубо партийная, даже чекистская структура. Генпрокуратура дважды их снимала с регистрации как незаконно созданную организацию. И оба раза раскольников защищали президенты.

Сам «киевский патриархат» организовался в 1992 г. Совершенно ясно, что Филарета никто не репрессировал. Он сам был сотрудником КГБ по кличке «товарищ Антонов». Он это признал и даже гордился этим! Говорит, что «время такое было» и т.п.

- Правда ли то, что в «киевском патриархате» обучались украинцы для борьбы с федеральными войсками в Чечне?

- Не в Чечне, а в Грузии и Азербайджане. Был организован Чин святителя Иллариона, который был зарегистрирован на резиденцию Филарета. Чин – это общество или орден. Одна из нелепых его задач заключалась в том, чтобы избавлять от «зависимости русской и Русской Православной Церкви» бывшие республики. Эта организация потом была изобличена как один из центров наемничества в «горячие точки». Был скандал, этих «филаретовцев» арестовали. Эти украинские наемники вернулись из Азербайджана, где воевали против армян, потребовали денег. Их не дали, сказали, что якобы «патриарх» Романюк их потратил, когда во Франции был. Филарет тогда был его «заместителем». Филарет как бывший сотрудник КГБ всегда был на вторых ролях. Эти «филаретовцы» были в итоге посажены в тюрьму, а УПЦ-КП, которая им «крышевала», не тронули.

- Есть такое ощущение, что УПЦ слабо связана с РПЦ. Патриарх только одобряет избранного украинскими архиереями митрополита Киевского и всея Украины. Чувствуется ли вообще связь между Украинской и Русской Церквями?

- Ну, как же не чувствуется?! Разве все епархии в России чувствуют связь с Московским Патриархом? У каждой свои программы деятельности. Мы собираемся на Соборы, читаем обращения Святейшего к Пасхе и Рождеству. Мы также за молитвами его поминаем. Единство же в этом заключается. Церковь ведь не авторитарная структура! Наше единство – в нашей вере, евхаристии. Мы – единокровны, единоверны и исторически едины. Но надо постоянно напоминать об этом единстве общими трудами, проектами.

- Но Вы же сами сказали, что Церковь на Украине очень сильно связана с политикой.

- Не Церковь, а расколы. Естественно, после Кравчука и Кучмы, которые были активными атеистами, думалось, что Ющенко поможет Церкви. Но он опять «встал» на прежние «грабли», на которые становились и оба предыдущих президента. Конечно, у нас в связи с этим много проблем. Ющенко уже больше трех лет президент, и хотелось бы, чтобы он что-то доброе для Церкви сделал. Конечно, не в том смысле, как говорят его помощники, что они не смогут уже ни в социальной, ни в других сферах ничего сделать, так давайте хоть «единую поместную Церковь» создадим. А что это такое? Получается, опять какие-то политические задания. Когда президент более года назад с этой идеей приехал в лавру, все епископы ему однозначно сказали, что это невозможно, верующие не поддержат, это приведет к новому расколу в Церкви и к многим другим проблемам. Я не знаю ни одного епископа, который бы поддержал эту идею. Поэтому, когда вы говорите, что автокефалия – главная идея, я не совсем понимаю, для кого она главная.

Я не занимаю охранительную позицию. Просто понимаю: мы состоим из того, что мы едим. Если постоянно говорить об автокефалии, тогда кто-нибудь и скажет: а почему бы и нет? Мне кажется, что против Церкви идет какая-то провокация. Никто из архиереев ничего об этом не знает, в резолюциях соборов этого нет, а тебе заявляют: «Все в Украине говорят об автокефалии!» Плохо, что эта идея автокефалии, которая в принципе имеет право на существование, – политизируется. Она используется для разрыва и беды. К тому же, когда люди говорят об автокефалии, то не понимают, что это такое! Автокефалия нужна самодостаточной, цветущей части Церкви. А, как я уже говорил, УПЦ тотально зависима от государства.

- Интересно, откуда Церковь черпает деньги на свою деятельность?

- Да оттуда же, откуда и РПЦ. Украинская Православная Церковь получает деньги, прежде всего, через благотворительную помощь. Потом, у нас в Украине, несмотря ни на что, огромное количество православных людей, в том числе и в руководстве страны. Еще Леонид Кучма заложил традицию строить храмы. Он, как потом и Виктор Ющенко, у себя на родине храм УПЦ построил. Есть такая благочестивая традиция у более или менее крупных чиновников строить храмы, как правило, канонической Церкви на своей малой родине.

- А Ющенко прихожанин УПЦ?

- Он всегда считался таковым, говорил об этом на Майдане, хотя он общается и с Филаретом, обвешивает его государственными наградами. Я однажды сказал, что у него беспорядочная религиозная жизнь. Строил с братом в своем селе храм нашей общины, а построил – передал филаретовцам. Вот такой он православный.

Государство нам иногда помогает. Хотя по закону, по европейским меркам, оно должно восстановить разрушенные храмы, которых в Киеве только 145, и вернуть Церкви. Даже если, государство не восстанавливает, оно хотя бы должно в чем-то помогать это делать. При Кучме в Киеве, например, были восстановлены три древних храма, два из которых – Михайловский Златоверхий собор и Церковь Богородицы Пирогощи – совершенно незаконно отдали Филарету.

- Велика ли паства УПЦ по сравнению с паствой других Церквей на Украине?

- Мы – самая крупная Церковь. Мы почти такая же крупная Церковь как Русская Православная – в России. По несколько старым данным у РПЦ было ок. 24 тыс. приходов, 11 тыс. из которых – приходы УПЦ! А в самой России было даже меньше приходов, потому что к РПЦ относятся еще приходы в Молдавии, Белоруссии и в других странах. При этом в Украине примерно в три раза меньше количество населения! На тысячу украинцев, к тому же, приходится большее количество приходов, чем на тысячу русских в России. Получается, что УПЦ – очень значительная часть РПЦ. И именно поэтому проявляется такое внимание к статусу Украинской Православной Церкви, хотят ей навредить.

Блаженнейший Митрополит Владимир всегда говорил, что единству надо учиться у Православной Церкви. Она без всякого насилия объединяет тысячу приходов Волыни с тысячей приходами Донбасса, шестьсот приходов Чернигова с восьмьюстами приходами Одессщины!

Беседовал Олег Горбунов

28.04.2008