Вчера президент России Владимир Путин наконец-то объявил состав нового кабинета министров, во главе которого будет работать премьер-министр Виктор Зубков. Хотя новым его можно назвать весьма формально: ключевые министры сохранили свои посты, а отставки вовсе не связаны с фигурой Зубкова. Это означает, что, по сути, форма и содержание кабинета не изменились, а смена главы правительства была лишь одной из интриг, которая в итоге была переиграна самим президентом.

Смена правительства осенью, за несколько месяцев до выборов в Госдуму и на пост президента, ожидалась. Возможно, Путин продвинул бы своего преемника с тем, чтобы подготовить его к работе на посту главы государства. Однако президент поступил иначе. Опасаясь превращения в «хромую утку» и стремясь до конца сохранить всю полноту формальной и неформальной власти в стране, он сменил одно техническое правительство на другое, но во главе с более политически тяжелой фигурой в лице Виктора Зубкова. Как пояснил сам Путин, прежнее правительство становилось неэффективным в связи с приближением выборов, и многие министры занимались скорее своим будущим трудоустройством, чем непосредственными обязанностями. Такое пояснение Путина могло означать, что новое правительство создается надолго и может сохранить основной «костяк» и при преемнике, а прежний состав будет существенно обновлен как по составу, так и по структуре. В подтверждение этому было достаточно косвенных свидетельств. Во-вторых, Владимир Путин признал административную реформу, в соответствии с которой якобы функционирует кабинет, несостоятельной и неподходящей для России (хотя в реальности реформа просто профанирована). Во-вторых, кадровые и структурные решения принимались достаточно долго и в полном информационном вакууме, что создало вокруг будущего правительства большую интригу, связанную с ожиданием глобальных изменений. В-третьих, Виктор Зубков сделал заявку на изменение роли правительства: он попытался предстать политически сильной фигурой, которая в отличие от Михаила Фрадкова будет реально управлять правительством, выведя его из формата ручного управления президентом. Все эти три фактора говорили о том, что правительство будет обновлено очень заметно.

Однако вчера Владимир Путин серьезно разочаровал публику, которая очень напряженно ждала совещания правительства. Практически весь состав кабинета остался прежним, а все отставки не связаны с кадровыми предпочтениями Виктора Зубкова, и ротация министров является скорее технической.

Так, в отставку ушел министр экономического развития и торговли РФ Герман Греф, который уже много лет говорил, что давно готов уйти и даже называл сферу – бизнес. Министр-либерал и рыночник плохо вписывался в новую экономическую политику, которая стала отличаться все большим участие государства, появлением госкорпораций и наращиванием госактивов в конкурентоспособных отраслях: Греф всегда был против этого. Кроме того, не получали политической поддержки предлагаемые Грефом структурные реформы. Иными словами, он ушел, потому что не нуждался в работе в техническом слабом правительстве, а правительство не нуждалось в слишком сильном министре, чей реальный политический вес уже не соответствовал аппаратным возможностям. На его место пришла Эльвира Набиуллина – экономист-либерал, способный сохранить идеологическую преемственность курсу Грефа, но при этом не обладающая собственным политическим весом.

Вторая отставка также не связана с фигурой нового премьера и носит предвыборный характер - отставлен Михаил Зурабов, который стал в последние годы едва ли вторым «Чубайсом» с точки зрения народной нелюбви, олицетворением социального негодования по поводу монетизации льгот и программы льготного лекарственного обеспечения. Против него не раз выступала «Единая Россия», но Путин не сдавал весьма работоспособного министра, который позиционировал себя как фигуру незаменимую. Таким он и воспринимался, пока не стал жертвой предвыборных решений Кремля. На его место пришла Татьяна Голикова – «королева бюджета», бывший заместитель министра финансов и супруга министра промышленности и энергетики Виктора Христенко. Очевидно, что ее повышение объясняется скорее попыткой решить проблему вакансии на место Зурабова: поставить женщину во главе социального ведомства в России обычное дело.

Наконец, третья отставка также техническая и связана с провалом в работе министра регионального развития Владимира Яковлева. Яковлев не является человеком Путина, и пребывал в правительстве инерционно - корни этой аппаратной сделки уходят в 2003 год, когда его назначение было продиктовано отставкой с поста губернатора Санкт-Петербурга и участием в победе Валентины Матвиенко. Помимо того, что эта сделка сейчас уже не имеет никакой актуальности, Яковлев, по мнению наблюдателей, просто завалил работу на своем посту, а его отставка давно напрашивалась. На его место назначен полпред президента в Южном федеральном округе Дмитрий Козак: функции министерства будут расширены под его реальный политический вес. Возвращение Козака в Москву должно было состояться рано или поздно: это один из самых эффективных и лояльных Путину кадров, который оказался востребован в сфере региональной политики.

Единственным неожиданным и знаковым решением стало повышение Алексея Кудрина до поста вице-премьера. Это, пожалуй, самая важная новость, которая по своему значению превышает даже смену главы правительства. Повышение Кудрина означает, что президент поддержал его курс жесткой бюджетной политики, которая оказалась под угрозой в связи с возможным уходом министра. Назначение Кудрина также имеет огромное значение и с аппаратной точки зрения. Это мощный удар по Виктору Зубкову, который находился как минимум в конкурентных отношениях с Кудриным. Напомним, что именно министр финансов весной объявил об отставке Зубкова с поста главы финансовой разведки, тем самым, практически поставив точку в борьбе между Минфином и ЦБ, с одной стороны, и финразведкой (которая получила мощную политическую поддержку в лице лидера «ЕР» Бориса Грызлова) за функции надзора над банковской сферой. Кудрин не только не ушел, но и получил повышение, что, видимо, было его личным условием работы в кабинете Зубкова.

Наконец, еще одна важнейшая новость – аппаратная неудача нового премьера Зубкова, который оказался самым пострадавшим во всей этой истории. Его заявка на изменение роли и места правительства жестко отвергнута: как ни старался новый премьер не быть похожим на старого, он фактическим им стал. Президент не позволил Зубкову получить свой кабинет. Правительство останется «путинским» (и, судя по всему, премьер не принимал особого участия в его формировании), а Зубков в нем – полномочным представителем президента, а не руководителем. В этих условиях любая управленческая жесткость будет уже проявлением собственной несостоятельности, а не силы, как могло показаться изначально. Иными словами, Зубков получил в управление «чужой» кабинет, состоящий из фигур, имеющих прямой доступ к президенту.

Важно отметить и тот факт, что зять Зубкова министр обороны Анатолий Сердюков сохранил пост министра обороны. Можно предположить, что, пойдя на публично громкий шаг и объявив об отставке Сердюкова по этическим мотивам, Зубков рассчитывал найти для него более политически значимое место (например, главы антикоррупционного комитета). Повышение не состоялось, а сам Зубков выглядит неспособным доводить свои красивые поступки до логического конца.

Демиургом развития политической жизни в стране вновь оказался президент, который снова потряс публику непредсказуемым решением. Однако нынешняя ситуация имеет принципиальное отличие от прежних и говорит уже не в пользу президента. С высокой долей вероятности можно предположить, что Путин кардинально изменил сценарий, который начал реализовывать с назначением Зубкова. Фактически речь идет о том, что Путин передумал менять кабинет, возможно, опасаясь разбалансировки внутри своего окружения и не рискуя слишком усиливать кабинет и его главу. Президент решил, что стабильность важнее эффективности, особенно тогда, когда страна стоит перед непростым периодом передачи власти. Ранее, напомним, Путин не планировал назначать Зубкова премьером, чуть не сослав его сенатором в верхнюю палату парламента. Такие шатания в принятии стратегических для управления государством решений в действительности свидетельствуют о том, что Путин все меньше уверен в собственных шагах и ему все сложнее просчитывать их последствия. Чем активно пользуются влиятельные фигуры из его окружения.

25.09.2007