Виктор Геращенко объявил о намерении выставить свою кандидатуру на предстоящих выборах президента Российской Федерации. Это решение приветствовали представители оппозиции из «Другой России»: и Гарри Каспаров, и Станислав Белковский, и Михаил Делягин. Известно, что Каспаров уже довольно давно активно подталкивал Геращенко к такому решению. При этом видных «другороссов» ничуть не смутило, что ранее о том же намерении баллотироваться заявил один из лидеров «Другой России» М.Касьянов. Таким образом, оппозиция своеобразно копирует Владимира Путина, который, судя по всему, в качестве преемников сегодня рассматривает двух кандидатов: Дмитрия Медведева и Сергея Иванова.

Итак, Геращенко и Касьянов против Иванова и Медведева, соревнование «двух тандемов»? Скорее, однако, следует говорить о серьезном ослаблении позиций Касьянова в «оппозиционной президентской иерархии». Точнее, даже просто о ставших явью планах замены Касьянова на другого кандидата - с более реальными шансами. И эта замена - не от хорошей жизни.

Здесь следует сделать отступление о национальной электоральной специфике, в частности, о специфике восприятия избирателем компромата. Известно, что избиратели разных стран ведут себя в данном отношении очень по-разному. К примеру, в Соединенных Штатах даже намек на возможную супружескую неверность кандидата, как правило, ставит крест на его политической карьере, а во Франции на подобные обвинения избиратели почти не обращают внимания; где-нибудь в Восточной Европе кандидат, открыто заявивший о своей нетрадиционной сексуальной ориентации, также автоматически лишится шансов на избрание, а вот в Англии и Франции геи спокойно становятся мэрами крупнейших городов.

Россия в этом смысле тоже достаточно своеобразна. Так, в отношении личной жизни кандидата (кроме гомосексуализма), его плодовитости и успеха у женщин (не являющихся при этом женами) мы почти так же толерантны, как и французы. Россияне также обладают совершенно феноменальной для Запада терпимостью в отношении криминального прошлого кандидатов: хоть во Франции, хоть в США человек с «отсидкой» за плечами не может и помышлять о публичной политической карьере – тогда как в России (и примеры всем известны) тюремные сроки и даже звания «смотрящего» или «вора в законе» для значительной части избирателей отнюдь не являются поводом, чтобы отказать их носителю в своем доверии. Россия – также чуть ли не единственная страна из «восьмерки» мировых лидеров, где отказ кандидата от участия в дебатах с соперниками не только не сделает его уже на следующий день политическим трупом, но, наоборот, повысит его рейтинг – ибо избиратели поймут, что «кандидат не любит болтать, а хочет заниматься делом».

Словом, до сих пор выходит, что россияне по части терпимости к своим публичным политикам дадут фору хоть кому (только вот кандидаты-гомосексуалисты пока что без шансов). Однако есть и у российских избирателей «слабина»: это, судя по всему, воровство, или, на соответствующем жаргоне, «крысятничество». Похоже, именно на этом Кремль и сумел «поймать» Михаила Касьянова. Сначала через все подконтрольные СМИ с «всенародным охватом» было широко и последовательно растиражировано прозвище «Миша 2 процента». А затем, видимо, учитывая, что «бабушки в деревне» могут не разобраться, о каких таких процентах речь, была запущена и долго, со смаком обсасывалась на всех телеканалах история с «приватизацией касьяновской дачи».

Дача – безусловно, мелочь, с точки зрения любых «серьезных людей», прекрасно представляющих себе возможности премьер-министра Российской Федерации. Однако как раз с позиций воздействия на целевую аудиторию «простых людей», тех самых условных «бабушек», именно «дача» была выбрана снайперски точно. Ибо «начальство», «прижимающее» для своих нужд казенную дачу – это понятно любому жителю РФ. И звучит уничтожающе.

Таким образом, репутация Касьянова как возможного кандидата в президенты была серьезно подмочена пиарщиками Кремля, причем заблаговременно. Помимо прямого репутационного ущерба, с Касьяновым-кандидатом возникала и еще одна трудность – связанная уже с ведением собственно кампании. Достаточно очевидно, что президентская кампания «от оппозиции» должна будет строиться вокруг «государственной кубышки» - то есть многих и многих миллиардов долларов и рублей, накопленных за годы правления Путина и лежащих ныне без движения на счетах в ЦБ РФ, под зорким присмотром цербера Кудрина. «Преемники» - хоть Медведев, хоть Иванов – именно в силу своей «преемственности» будут вынуждены в данном вопросе отстаивать «линию партии»… то есть, простите, Путина.

То есть преемники будут говорить (со всеми возможными экивоками) что-то вроде «где лежат – там пусть и лежат!», а кандидат от оппозиции – «а я их возьму и потрачу на нужды всех обездоленных и простых россиян!» Здесь – очевидно самое слабое место «путинцев», и удары по нему дадут оппозиции какие-то шансы… Однако как раз Касьянов, вокруг которого кремлевская пропаганда годами создавала ореол «нечист на руку», пожалуй, наименее подходящая кандидатура для этой миссии. Как ни крути, а в его призывах «дайте мне доступ к государственным миллиардам, и я потрачу их на вас!» - люди волей-неволей станут обращать внимание прежде всего на первую часть фразы.

Поэтому «замена» Касьянова на Геращенко, в общем-то, напрашивалась. Ее плюсы для оппозиции очевидны.

Геращенко имеет очень богатую и насыщенную биографию, однако до сих пор ни в каких заметных имущественных скандалах замешан не был. Его «ранг» в прошлом был, в общем-то, не хуже, чем у Касьянова: председатель Центробанка – это практически уровень премьер-министра.

Кроме того, Геращенко, без сомнения, является представителем не только нынешней российской, но и еще советской высшей номенклатуры. Во времена Ельцина эта характеристика на фоне в целом куда более негативного восприятия СССР, свойственному той эпохе, не давала бы Геращенко преимуществ. Однако Путин сотоварищи за семь лет столько сделали для возвращения «в массы» культа СССР и его «мудрых руководителей», что теперь Геращенко вполне может сыграть против «преемников» этими картами.

Виктор Геращенко может пугать Кремль и неким мистическим совпадением: ведь там наверняка еще свежи воспоминания о том, как на постсоветском пространстве один председатель Центробанка тоже ушел в оппозицию, заручился поддержкой Запада – и стал-таки президентом, несмотря на то, что Кремль прилагал поистине геракловы усилия, чтобы этому помешать. Речь, понятно, идет об Украине, и «посадил» Кремль другой Виктор - Ющенко.

Геращенко последние несколько лет – с 2004 года - являлся председателем совета директоров ЮКОСа, то есть до последнего сопровождал опальную компанию на ее дороге в небытие. И этот факт он может записать себе в плюс: несмотря на весьма неоднозначное отношение россиян к Ходорковскому, у нас традиционно любят павших и тех, кто до последнего вступается за слабых.

Как публичная фигура Геращенко, несмотря на возраст, мог бы дать фору не только Касьянову, но и любому из преемников. Дело в том, что, несмотря на все титанические усилия госТВ, преемники за три года непрерывной раскрутки так и не стали сколько-нибудь яркими фигурами, оставаясь в рамках привычного образа российского чиновника – классического «человека в футляре». Показательно, что ни Медведев, ни Иванов так и не научились шутить и вообще непринужденно держаться перед камерами.

Геращенко же определенно обладает харизмой: он раскован, никогда не пасует перед камерами и, главное, не чужд «острого словца». Кроме того, в силу возраста и уже упоминавшегося высокого положения еще в советской номенклатуре он склонен смотреть на представителей «путинской гвардии» сверху вниз; и это тоже он может скорее записать себе в плюс – ибо такая позиция будет восприниматься как уверенность, а не привычная уже для всей нашей оппозиции истерика.

Главный внутренний «минус» Геращенко, с точки зрения политтехнолога, это, безусловно, возраст. В этом году ему 70 лет: намного больше, чем любому из соперников и вообще из нынешнего истеблишмента. Все ж по возрастному составу нынешняя верхушка российской «элиты» - это в основном люди 40-50, но уж никак не 70 лет. Соответственно на общем фоне в избирательной кампании Геращенко будет неминуемо смотреться как своего рода динозавр, ископаемый гигант прошедшей эпохи. Однако если не обнаружатся существенные проблемы со здоровьем, и этот «минус» можно попытаться обратить в «плюс». Ископаемый – но ведь Гигант! Старый – но ведь опытный! Возможна и аргументация «от противного», к какой обычно прибегают, уговаривая молодую девушку выйти замуж за богатого старика: может быть, будет немного неприятно – но это ведь ненадолго! Такие доводы могут быть эффективны для той части электората, которую не будут устраивать никакие из кандидатов: ни блеклые преемники, ни отвязные «оппозиционеры».

Весь этот разбор, впрочем, имеет какой-то смысл лишь в том случае, если мы ожидаем, что президентская выборная кампания будет проходить в более-менее равных условиях для всех кандидатов. Именно на это делает ставку нынешняя оппозиция: как известно, Каспаров давно отстаивает мнение, что участие оппозиции в любых выборах бессмысленно, а коренной перелом можно обеспечить, только бросив все силы оппозиции на выборы президента и поставив туда «своего человека».

Это прекраснодушное мнение находит себе много сторонников из числа недовольных нынешним режимом. По всей видимости, мечтателям придется жестоко разочароваться через 8-9 месяцев – когда станет окончательно ясно, что без контроля оппозиции над Думой, хотя бы над частью крупных городов и регионов президентские выборы превратились в фарс с заранее известным результатом.

А ведь будет именно так. И неважно, на кого оппозиция заменит Касьянова: хоть на Геращенко, хоть бы и на самого Геракла.

Алексей Рощин – ведущий эксперт ЦПТ

16.05.2007