2 апреля Президент РФ Дмитрий Медведев сообщил, что внес в Госдуму поправки в Гражданский кодекс РФ, которые касаются основополагающих институтов гражданского права. По сути, речь идет о принятии новой редакции ГК РФ. Если законопроект будет принят Госдумой в весеннюю сессию, то он вступит в силу в сентябре 2012 года. Куратор разработки документа, министр юстиции Александр Коновалов, назвал документ революционным.
Буквально на днях Росстат опубликовал новую порцию важной макроэкономической статистики и подвёл итоги деловой активности в промышленности России по итогам января-апреля 2012г., которые оказались хуже даже пессимистичных ожиданий экономистов. Темпы роста промышленного производства в целом по всем отраслям народного хозяйства по итогам первых четырёх месяцев текущего года сжались до 3,3%, тогда как ещё по итогам всего 2011г. они превышали 4,7%, а в аналогичном периоде 2011г. превышали 5,5%.
За последние две недели заметно ухудшилась внешняя конъюнктура и ситуация на мировых финансовых рынках. Политический кризис в Греции поставил вопрос о ее присутствии в зоне евро, а последовавшее за этим снижение агентством Moody’s рейтинга 16 испанских банков привело к снижению фондовых индексов по всему миру. При этом, как обычно, развивающиеся рынки отреагировали сильнее, чем развитые. С начала мая американский фондовый индекс S&P 500 снизился на 7%. На столько же процентов снизилась капитализация акций стран, входящих в зону евро (в соответствии с динамикой индекса EURU STOXX 50). Снижение сводного индекса для развивающихся стран (MSCI EM) составило 11%, индекс РТС снизился на 18%. Свой вклад в снижение РТС внесло ослабление курса рубля, последовавшее за снижением цен на нефть до уровней 2011 года. Центральный банк РФ оценил масштабы оттока капитала в апреле в 7 млрд. долл., и, судя по всему, в мае этот процесс продолжился. В этой ситуации более чем странно выглядел дежурный оптимизм главы ЦБ РФ С. Игнатьева, выступавшего на правительственном часе в Госдуме, где он заявил о том, что Россия лучше готова к кризису, чем четыре года назад, а также о том, что не считает нужным проводить политику, направленную на ослабление рубля.
Разговорам и слухам о скорой отставке президента Северной Осетии положен конец - Александр Дзасохов уходит с поста. Уходит, как сам говорит, добровольно: 'Я создаю прецедент. Когда все стремятся продлить свои сроки, я решил его уплотнить и сократить'. Официально все выглядит именно так. Глава республики направил Владимиру Путину прошение об отставке, а полпред президента в Южном федеральном округе Дмитрий Козак нашел подобающие слова о полном консенсусе между Кремлем, Дзасоховым и региональной элитой: 'Консультации прошли в теплом и конструктивном диалоге'. В подтверждение теплоты и конструктивности полпред поблагодарил Дзасохова за большой вклад в стабилизацию региона.
Мирное расставание с лояльным, но исчерпавшим свои возможности региональным правителем требует соблюдения номенклатурного канона. Ну не мог Дмитрий Козак сказать, что подлинной причиной ухода Дзасохова с поста главы республики стала как раз дестабилизация. И что все ее признаки налицо.
В политическом смысле Дзасохов стал жертвой Беслана. Сразу после трагедии митингующая толпа принялась скандировать: 'Дзасохов, уходи!'. Главу республики обвиняли в бездействии, отсутствии воли и чуть ли не в попустительстве бандитам. Чем занимался в течение тех трех дней? Почему по требованию террористов не пришел в школу? Руководил ли работой оперативного штаба? Эти вопросы задавал митинг. Потом жители Беслана перекрывали трассу Кавказ. И снова требовали отставки президента республики. Им и сейчас нужен кто-то, кто ответил бы за Беслан. Еще им нужна правда о том, что происходило в их городе с 1 по 3 сентября. Но они уверены, что правду им не скажут.
О том, как вел себя тогда президент Северной Осетии, какова его доля ответственности, я спрашивал председателя парламентской комиссии по расследованию бесланской трагедии, вице-спикера Совета Федерации Александра Торшина. 'Роль Дзасохова, - говорил он мне, - по-своему трагична. Он первым приехал на место происшествия. Его первым потребовали террористы. И теперь все в один голос: почему он не вступил в переговоры?! Мне известен ответ: потому что оперативный штаб имел свою тактику. И штаб запретил Дзасохову идти к бандитам'. Что значит - штаб запретил? Разве не сам Дзасохов руководил этим штабом? 'Там все руководили. Особенно в первый день. Дзасохов руководил теми силами, которые были у него в наличии. И давал соответствующие указания'.
Я спрашивал Торшина, выходил ли Дсасохов к пикетчикам, когда те, требуя его отставки, перекрывали трассу Кавказ. 'Нет, - отвечал председатель парламентской комиссии. - Хотя неоднократно назначал встречи. Говорил мне: 'Пойдем, Александр Порфирьевич, поговорим с народом'. Я прихожу - Дзасохова нет'.
Все-таки, почему бесланцы так настойчиво добивались отставки главы республики? Может, толпой кто-то манипулировал? По мнению Торшина, после Беслана в республике активизировались политические силы, стремившиеся использовать ситуацию, чтобы сместить Дзасохова: 'Мы работали в Беслане как раз в те дни, когда люди были готовы встать в пикет. Мне удалось уговорить их воздержаться от этого. Мы уехали, а после я узнаю, что кто-то обзванивал жителей Беслана: мол, надо выходить. Требования такие: отставка Дзасохова, наказание Андреева (бывший начальник Управления ФСБ по Северной Осетии), наказание Дзантиева (бывший министр внутренних дел республики) и четвертое - об этом широко не сообщалось - возведение между Северной Осетией и Ингушетией бетонной стены. Чувствовалась некая направляющая сила'.
Местная оппозиция, разумеется, взяла в союзники толпу. Но то, что авторитет власти в республике упал ниже некуда, что сам ее глава потерял доверие сограждан, - тоже факт очевидный. Женщины погибших в Беслане детей на днях написали письмо Владимиру Путину: 'Детское кладбище в Беслане - это визитная карточка президента Дзасохова. Руководство России должно понять, что разговоры о том, что Дзасохов является гарантом стабильности в регионе, - это миф, созданный им самим и его подкаблучными средствами массовой информации'.
Что стабильности нет, видно еще и по Пригородному району. Ингушские беженцы, покинувшие Пригородный в 1992 году, после Беслана сюда возвращаться боятся. От этого накаляется обстановка и в Ингушетии. А отказ Дзасохова подписать предложенный в апреле руководством Южного федерального округа план урегулирования конфликта в Пригородном вряд ли аттестует президента Северной Осетии как гаранта стабильности в регионе.
Словом, Дзасохов стал неприемлем и для Кремля. Требования населения республики оказались созвучны настроениям федерального центра. Так что добровольность отставки президента Северной Осетии весьма условна. Но ее политическое значение от этого не приуменьшилось. Дзасохов действительно создал прецедент. При всех оговорках он все-таки ушел сам. Первым из президентов республик Северного Кавказа. Да, пожалуй, и первым из прочих региональных лидеров. Первым - добровольно. Чем воспрепятствовал созданию другого прецедента - ухода по чьим бы то ни было требованиям, кроме требований верховной власти. Было дано понять: любое давление бесполезно. Власть не пошла на поводу у жителей Беслана. Не вняла призывам толпы убрать с поста президента Карачаево-Черкесии Мустафу Батдыева, чей зять обвиняется в убийстве. Не спешит решить судьбу алтайского губернатора Михаила Евдокимова, на отставке которого упорно настаивает краевой парламент. Оппозиционерам всех оттенков и мастей, участникам пикетов и обществу в целом послан четкий сигнал: кадровые решения относительно глав регионов принимает не митинг и даже не собрание местных законодателей, а исключительно президент страны. При компетентном участии своих полпредов.
То, как Дмитрий Козак оформил уход Дзасохова в отставку, говорит о дипломатических способностях президентского наместника на российском Юге. Но не только об этом. Достижения козаковского предшественника были скромны. Их в свое время оценил сам президент, констатировав 'плачевное положение' в южном регионе. Но, наблюдая, чем занимается нынешний полпред, нельзя сказать, что Козак был назначен вместо Яковлева. Это не замена 'слабого' чиновника на 'сильного', 'не сумевшего' - на того, кто 'сумеет'. Это другая роль. В регионе, по сути, введено прямое президентское правление, проводником которого выступает Козак. Когда в Дагестане мэр Хасавюрта выводит на площадь многотысячную толпу, требующую отставки председателя Госсовета, когда в Ингушетии банда боевиков на несколько часов 'берет' республику и кроваво расправляется с местными милиционерами и чиновниками, когда осетины на митингах призывают мстить ингушам за Беслан, широчайшие полномочия президентского полпреда не кажутся чрезмерными. Он пытается обуздать эту стихию.
Если ненавидимый частью своих соотечественников Мурат Зязиков не вполне контролирует Ингушетию, если Алу Алханов далеко не всеми признан в Чечне, если гонимый народом Александр Дзасохов - не гарант стабильности в Осетии, то кто же, как не президентский полпред, призван удерживать в узде весь Северный Кавказ? Ему приходится также по мере сил минимизировать последствия прежней политики в южном регионе. Эта политика (если оценивать только кадровую ее составляющую) привела к установлению нестабильных режимов. Подчас даже более нестабильных, чем, скажем, Чечня при Дудаеве. Поэтому мягкий увод Александра Дзасохова с поста президента республики выглядит возможным предвестием новой политики на Северном Кавказе.
Владимир Путин до последнего момента хранил тайну и не раскрывал – каким будет новое правительство и кто составит костяк обновленной президентской администрации. Оказалось, что таинственность потребовалась для того, чтобы пробудить интерес к тому, что в обычной ситуации общество могло бы даже и не заметить. Непопулярные, но верные министры стали помощниками президента, перетащив вместе с собой в Кремль и большую часть своих прежних полномочий. Теперь «многобашенный» будет круглосуточно контролировать Белый дом – ведь неофициальная власть требует неусыпного контроля над исполнителями, иначе те могут почувствовать себя самостоятельными фигурами и начать раздавать «несогласованные» указания.
Этот политический сезон для Украины обещает быть очень интересным и насыщенным: выборы, вопрос вхождения в Таможенный союз или сближения с Европой, «дело Тимошенко» и, конечно, возвращение политиков кучмовского призыва. Таким ярким деятелем является Виктор Медведчук, экс-глава Администрации Леонида Кучмы, сыгравший не последнюю роль во многих политических событиях Украины посткучмовского периода. Политик активно комментирует двусторонние отношения, поэтому «Политком.Ру» задал несколько вопросов для разъяснения его позиции: как стоит оценивать перспективы российско-украинских отношений в 2012 году, как парламентские выборы-2012 повлияют на российско-украинские отношения?
Несмотря на многочисленные заявления американских чиновников и аффилированных с Вашингтоном экспертов Всемирного Банка и МВФ о скорой стабилизации ситуации на финансовых рынках, в ближайшее время мы рискуем увидеть масштабный обвал на торговых площадках.
В последний день апреля в фокусе информационного внимания оказался сюжет про Эргнетский рынок. Его сегодняшняя актуализация объединяет в себе несколько важных вопросов. Они интересны и в контексте динамики грузино-осетинского конфликта, и в контексте внутриполитического развития частично признанной республики после повторных президентских выборов.
Первые украинские оппозиционеры категорически отказались принимать участие в работе Конституционной Ассамблеи. Президент Янукович подписал указ о ее создании 17 мая, назвав специальным вспомогательным органом и назначив руководителем Леонида Кравчука. На первый взгляд, оппозиция демонстрирует бескомпромиссность в борьбе против «преступного режима». Почему же выходит, что «уход в отказ» только на руку власти, которая благодаря оппозиционерам получает свободу действий в продвижении своего проекта Конституции.
RSS 2.0
Взгляд
