2 апреля Президент РФ Дмитрий Медведев сообщил, что внес в Госдуму поправки в Гражданский кодекс РФ, которые касаются основополагающих институтов гражданского права. По сути, речь идет о принятии новой редакции ГК РФ. Если законопроект будет принят Госдумой в весеннюю сессию, то он вступит в силу в сентябре 2012 года. Куратор разработки документа, министр юстиции Александр Коновалов, назвал документ революционным.
Буквально на днях Росстат опубликовал новую порцию важной макроэкономической статистики и подвёл итоги деловой активности в промышленности России по итогам января-апреля 2012г., которые оказались хуже даже пессимистичных ожиданий экономистов. Темпы роста промышленного производства в целом по всем отраслям народного хозяйства по итогам первых четырёх месяцев текущего года сжались до 3,3%, тогда как ещё по итогам всего 2011г. они превышали 4,7%, а в аналогичном периоде 2011г. превышали 5,5%.
За последние две недели заметно ухудшилась внешняя конъюнктура и ситуация на мировых финансовых рынках. Политический кризис в Греции поставил вопрос о ее присутствии в зоне евро, а последовавшее за этим снижение агентством Moody’s рейтинга 16 испанских банков привело к снижению фондовых индексов по всему миру. При этом, как обычно, развивающиеся рынки отреагировали сильнее, чем развитые. С начала мая американский фондовый индекс S&P 500 снизился на 7%. На столько же процентов снизилась капитализация акций стран, входящих в зону евро (в соответствии с динамикой индекса EURU STOXX 50). Снижение сводного индекса для развивающихся стран (MSCI EM) составило 11%, индекс РТС снизился на 18%. Свой вклад в снижение РТС внесло ослабление курса рубля, последовавшее за снижением цен на нефть до уровней 2011 года. Центральный банк РФ оценил масштабы оттока капитала в апреле в 7 млрд. долл., и, судя по всему, в мае этот процесс продолжился. В этой ситуации более чем странно выглядел дежурный оптимизм главы ЦБ РФ С. Игнатьева, выступавшего на правительственном часе в Госдуме, где он заявил о том, что Россия лучше готова к кризису, чем четыре года назад, а также о том, что не считает нужным проводить политику, направленную на ослабление рубля.
Революция в Киргизии - уже пятая на постсоветском пространстве за последние полтора года после Грузии, Аджарии, Абхазии и Украины. Конечно, сценарии смены власти отнюдь не одинаковы: в Аджарии падение Абашидзе не было напрямую связано с проведением выборов, в Киргизии оппозиционные силы были заведомо слабее власти, в Абхазии итогом осенних волнений стал серьезный политический компромисс. Однако повод говорить о новой революционно-романтической волне, безусловно, появился.
Конечно, ее последствия будут не столь масштабны, как в конце 80-х - начале 90-х (когда импульс к преобразованиям получили не только СССР и страны Варшавского договора, но и Югославия, Албания, Монголия, многие страны Африки, а опосредованно и Китай). Но вряд ли осталась какая-либо из "нереволюционизированных" стран СНГ, где местные элиты, силовые структуры, оппозиционные политики не примеряют на себя "оранжевые сценарии" и не задумываются о том, как вести себя в случае повторения украинского или киргизского варианта развития событий. Происшедшее в Киргизии для них является тревожным звонком, сравнимым если не с Тбилиси апреля 89-го, то, по меньшей мере, с Алма-Атой декабря 86-го. А относительно удачный опыт "династической" передачи власти в Азербайджане теперь дискредитируется Киргизией и может побудить глав ряда стран СНГ к поиску преемников за пределами семейного круга.
После украинской революции большинство экспертов считали, что повторение таких событий в СНГ маловероятно. Теперь же комментаторов можно разделить на два лагеря. Первые полагают, что революции возможны в тех странах, где существует минимальный уровень политических свобод и сколько-нибудь влиятельные оппозиционные силы (как это было в Грузии, Украине, Киргизии). По их логике, новыми площадками для революционеров должны стать Казахстан и Молдавия. Вторые исходят из того, что киргизский путь продемонстрировал обратное: смена власти может произойти в стране, где власть как раз недооценивает потенциал оппозиции и вместо методичного манипулирования недовольными ведет кампанию по их политическому (в лучшем случае) уничтожению. Согласно этим расчетам, выглядящим более основательно, основные новости будут приходить из Минска и Ашхабада. В Белоруссии и разрозненным оппозиционерам, и антилукашенковски настроенным жителям столицы может стать "стыдно" за то, что куда менее европеизированные киргизы сумели подняться против куда более цивилизованного "диктатора". Что касается Туркмении, то повторить "подвиг" Ким Ир Сена, сумевшего "закрыть" страну от волны бархатных революций второй половины 80-х, Ниязову будет очень непросто. Для профилактики революции необходимо пойти на снижение пропасти в уровне жизни между "правящим классом" и рядовыми гражданами, но Ниязов к этому явно не склонен. Но если туркменская элита не будет готова провести такую "профилактику" (пусть даже в обход Ниязова), откроется перспектива повторения в стране даже не киргизского, а румынского или афганского сценария смены власти.
У российских властей пока есть основания тревожиться меньше, чем у лидеров других государств СНГ. Несмотря на социальные потрясения в январе-феврале 2005 года, повторение в ближайшие месяцы украинско-киргизского сценария на общефедеральном уровне маловероятно. Однако пример коллег из Бишкека наверняка воодушевит оппозиционеров в отдельных регионах - особенно таких "проблемных", как Башкирия, где ситуация все чаще требует экстренного федерального вмешательства.
Хотя по психологическим мотивам российские власти определенно не склонны пойти на роспуск СНГ (даже несмотря на то, что Содружество из чисто имитационного образования рискует превратиться в распространителя "оранжевой чумы"), заявленная Владимиром Путиным ориентация на приоритетное сотрудничество с официальными властями государств Содружества столкнулась с серьезным испытанием. Еще до событий в Киргизии Москва оказалась в состоянии "холодной войны" в отношениях с Кишиневом, а государственные телеканалы даже после визита Виктора Ющенко в Москву не скрывали своего скептицизма по отношению к новым украинским властям. Напрашиваются и другие логичные шаги: замена послов в странах СНГ, отказ от утопических проектов вроде "ЕвразЭС", обозначение готовности наладить неформальные контакты с оппозиционными силами в соседних государствах, отказ от иррационального страха дипломатов и государственных пропагандистов перед политической и экономической мощью Ашхабада (куда более уместным было бы разворачивание кампании в защиту русскоязычного населения Туркмении, которая позволила бы компенсировать растущее разочарование граждан политикой России в СНГ).
Еще одним следствием событий в Бишкеке может стать активизация дискуссий о присоединении России к Всемирной торговой организации. Не приходится сомневаться, что противники вступления в ВТО теперь будут охотно оперировать примером Киргизии, которую членство в ВТО обрекло не только на экономические, но и на политические потрясения.
Владимир Путин до последнего момента хранил тайну и не раскрывал – каким будет новое правительство и кто составит костяк обновленной президентской администрации. Оказалось, что таинственность потребовалась для того, чтобы пробудить интерес к тому, что в обычной ситуации общество могло бы даже и не заметить. Непопулярные, но верные министры стали помощниками президента, перетащив вместе с собой в Кремль и большую часть своих прежних полномочий. Теперь «многобашенный» будет круглосуточно контролировать Белый дом – ведь неофициальная власть требует неусыпного контроля над исполнителями, иначе те могут почувствовать себя самостоятельными фигурами и начать раздавать «несогласованные» указания.
Этот политический сезон для Украины обещает быть очень интересным и насыщенным: выборы, вопрос вхождения в Таможенный союз или сближения с Европой, «дело Тимошенко» и, конечно, возвращение политиков кучмовского призыва. Таким ярким деятелем является Виктор Медведчук, экс-глава Администрации Леонида Кучмы, сыгравший не последнюю роль во многих политических событиях Украины посткучмовского периода. Политик активно комментирует двусторонние отношения, поэтому «Политком.Ру» задал несколько вопросов для разъяснения его позиции: как стоит оценивать перспективы российско-украинских отношений в 2012 году, как парламентские выборы-2012 повлияют на российско-украинские отношения?
Несмотря на многочисленные заявления американских чиновников и аффилированных с Вашингтоном экспертов Всемирного Банка и МВФ о скорой стабилизации ситуации на финансовых рынках, в ближайшее время мы рискуем увидеть масштабный обвал на торговых площадках.
В последний день апреля в фокусе информационного внимания оказался сюжет про Эргнетский рынок. Его сегодняшняя актуализация объединяет в себе несколько важных вопросов. Они интересны и в контексте динамики грузино-осетинского конфликта, и в контексте внутриполитического развития частично признанной республики после повторных президентских выборов.
Первые украинские оппозиционеры категорически отказались принимать участие в работе Конституционной Ассамблеи. Президент Янукович подписал указ о ее создании 17 мая, назвав специальным вспомогательным органом и назначив руководителем Леонида Кравчука. На первый взгляд, оппозиция демонстрирует бескомпромиссность в борьбе против «преступного режима». Почему же выходит, что «уход в отказ» только на руку власти, которая благодаря оппозиционерам получает свободу действий в продвижении своего проекта Конституции.
RSS 2.0
Взгляд
