В списке нареканий к российским судам главенствуют две позиции: предельная сервильность судов в любых делах, имеющих политический оттенок, и так называемый обвинительный уклон — тенденция любой ценой уклоняться от вынесения решений, которые могли бы поставить под сомнение позицию государственного обвинения или «помешать» силовикам в борьбе с преступностью.
В конце января Росстат подвёл итоги социально-экономического развития России за 2011г. и предоставил первую оценку динамики ВВП страны. Вопреки многочисленным заверениям российских чиновников и кремлёвских экономистов относительного «выхода российской экономики на траекторию устойчивого развития» и «успешного преодоления кризисных явлений», наблюдается беспрецедентное за последние 3 года охлаждение производственной и деловой активности.
Декабрь закрепил сложившуюся в прошлом году тенденцию: темпы роста кредитов населению существенно превышают темпы роста кредитов предприятиям реального сектора экономики.
В субботу в Москве было совершено нападение на арт-галерею Марата Гельмана. По свидетельству потерпевших, 10 человек в черном с закрытыми лицами громили оборудование галереи, срывали со стен и топтали выставленные в галерее работы художника и архитектора, уроженца Грузии Александра Джикии, а также избили самого галериста. Это произошло на следующий день после того, как в российском аэропорту таможня арестовала произведение группы художников "Синие носы" с изображением Джорджа Буша, Осамы бен Ладена и Владимира Путина, купленного английским коллекционером Мэтью Боуном у господина Гельмана. Этот инцидент очень быстро стал известен прессе и интернет-сообществу, и сам Марат Гельман считает, что арест в Шереметьево подтолкнул нападавших осуществить давно задуманное. Комментарий заместителя генерального директора Центра политический технологий Алексея Макаркина:
- После того, как стало известно о произошедшим, определенная часть наблюдателей заговорила о том, что все эти действия инициированы самим Гельманом в целях саморекламы. Вам это кажется вероятным?
- Я думаю, что Гельман - достаточно раскрученная фигура, и такой экстремальный пиар ему, конечно, не нужен. Во-первых, он признанный авторитет в своем деле, а во-вторых, он - слишком опытный пиарщик для того, чтобы пойти на пиар, который при сомнительных выгодах способен принести ущерб - отпугнуть часть посетителей.
- Есть ли связь между арестом картины на таможне и погромом в галерее?
- Сам Гельман отрицает то, что обе эти истории связаны между собой напрямую. Я бы в данном вопросе доверился его мнению.
- Несет ли власть, независимо от того, причастна она (как считают некоторые) или нет к нападению на галерею, ответственность за нападение, за изувеченные картины, за разбитое лицо, за нанесенный ущерб, и за тот фон в стране, который создает благоприятную почву для такого рода действий?
- Я считаю, что власть в любом случае несет ответственность за это.
Во-первых, потому что ею был создан прецедент - суд над выставкой «Осторожно, религия!». Причем те активисты, которые громили выставку не были наказаны. Наоборот, они оказались с точки зрения нашего суда абсолютно правы. И если можно сегодня разгромить одну выставку, то почему завтра нельзя разгромить галерею, которая давно вызывает раздражение?
Во-вторых, в условиях антигрузинской компании, которая была развернута с подачи власти (потому что у населения грузины не вызывают неприязни, грузин не воспринимается как противник, с ним не связаны страхи), когда сейчас даже книжки грузинских авторов начинают убирать с прилавков, нет ничего удивительного в том, что праворадикалы начинают рассматривать себя как союзников власти. Только идут чуть дальше.
Начав эту кампанию, и не предприняв никаких внятных мер для того, чтобы что-то исправить (кроме ссылок на самодеятельность чиновников, за которыми не последовало не одного столь же громкого увольнения), власть поспособствовала тому, что ксенофобия начала приобретать легитимность.
И, наконец, тот факт, что с точки зрения власти, главная для нее угроза – это оранжевая оппозиция, тоже застит ей глаза. На этом фоне реальная угроза не видна. А ведь оранжевая оппозиция, скажем прямо, не пользуется реальной поддержкой масс, их идеи близки очень немногим в России, тогда как ультранационалисты играют на реальных настроениях, существующих в обществе. И, на мой взгляд, сейчас именно праворадикальная опасность – главная. Но ей власти практически не противодействуют. Только когда начинают греметь взрывы (как на Черкизовском рынке), общество неожиданно узнает, что у нас есть серьезные националистические структуры, готовые идти на радикальные действия. Зато общество прекрасно осведомлено о том, что «яблочники» чуть ли не фашисты. Понятно, что в этой ситуации агрессивный национализм свободно развивается.
Я не думаю, что власть послала тех людей, которые учинили погром в галерее. Но речь идет о том, что создание юридического прецедента, когда сам факт разгрома не вызвал санкций, плюс нерешительность власти в борьбе с националистами, притом, что в других случаях она умеет быть решительной ставит вопрос о ее моральной причастности.
- Чем Вы объясняете такую недальновидность: наивностью или идейной близостью нынешней российской власти к националистическим идеям?
- Власть не видит в них серьезных конкурентов, она считает, что это маргиналы. Хотя после Кондопоги, после того, как националистические силы показали свои возможности в деле спекуляции на реальных общественных проблемах, это уже явная недооценка проблемы. После этого власть заговорила о необходимости бороться со злоупотреблениями на рынках. Конечно, надо с ними бороться. Но когда эта борьба не сопровождается борьбой с госчиновниками, потакающими злоупотреблениям, когда борьба идет только против торговцев из числа эмигрантов, то это приводит только к тому, что все остается как есть – коррумпированные интересы сохраняются, следовательно, ситуация для населения не меняется, а националисты получают дополнительные аргументы.
Власть, наверное, хочет в мягкой форме прихватить некоторые лозунги националистов, смягчив их, и думает, что тем самым она ограничит возможности националистов. Но международный опыт показывает, что любые подобные шаги приводит только к тому, что националисты чувствуют себя только увереннее. Они говорят – смотрите, мы союзники власти, и в то же время растут их требования и амбиции.
Я не исключаю и того, что убийство Политковской есть следствие резкой активизации радикальных националистов при практически нулевом противлении со стороны власти этой активизации.
Это действительно реальная проблема. И уж не знаю, какие еще нужно аргументы, чтобы в этом убедиться. Так что то, что произошло в галерее Гельмана – вполне в духе времени.
Южная Осетия готовится к повторным выборам президента, которые состоятся 25 марта 2012 года. Всего несколько месяцев отделяет нас от прошлогодней ноябрьской кампании, так и не принесшей победу никому из участников. Еще меньший интервал между нынешней политической активизацией и Соглашением между властями и оппозицией, которое в полную меру так и не заработало. Более того оно было последовательно нарушено сначала властью, а потом ее противниками. Однако, несмотря на столь незначительный временной отрезок предыдущую и нынешнюю кампанию многое отличает. Мы можем говорить о формировании новой предвыборной повестки дня, в деталях которой следует более предметно разобораться.
Украинская оппозиция готовится к серии протестов против непопулярных социально-экономических реформ власти. Власть пока ограничивается «косметическими» перестановками в правительстве. К чему приведет такая ситуация? Насколько вероятна «украинская весна» по арабскому сценарию? На эти и другие вопросы «Политком.Ру» отвечает украинский политолог, директор Центра прикладных политических исследований «Пента» (Киев) Владимир Фесенко.
В кипении страстей антипутинских и пропутинских митингов и в мощном поле притяжения общественного внимания, которое создает энергичная предвыборная активность самого Владимира Путина, публичная деятельность Дмитрия Медведева оказалась как-то на периферии, многие даже стали забывать, что он все еще является и до мая будет оставаться президентом. Очевидно, что такая ситуации самому Медведеву не нравится, и 6 февраля он встретился с общественным комитетом сторонников, чтобы напомнить о своих президентских полномочиях и своих ближайших планах по политической реформе.
Два года назад в истории Северного Кавказа произошло важное событие – был создан отдельный Северо-Кавказский федеральный округ. Существуют разные оценки эффективности этого решения и в целом той политики, которую федеральный центр проводит на Кавказе. Российские власти по-прежнему упрекают в отсутствии целенаправленной и осмысленной кавказской политики, а сами регионы Северного Кавказа продолжают восприниматься многими в сугубо негативном свете, как рассадники терроризма и коррупции, которым может быть и вовсе не место в Российской Федерации. С нашей точки зрения, в обсуждениях кавказской проблематики не хватает прежде всего объективного, очищенного от страстей и эмоций анализа ситуации, на основе которого можно было бы давать и осмысленные рекомендации властям.
Украинская оппозиция может похвастаться достижением. Подписав 22 января, во время митинга в столице, Соглашение о согласованных действиях, 11 оппозиционных проектов и Виталий Кличко от «УДАРА» осилили создать информповод, обеспечивший прайм-тайм телеканалов и полосы газет. Но не прошло и двух недель, как ситуация забуксовала. Что и неудивительно, ведь за последнее время оппозиция превратилась в «коллективного Паниковского». Да, «нарушитель конвенции» все еще твердит «Пилите, Шура, пилите», не желая замечать, что Шуры давно рядом нет. Есть ли вообще перспективы у украинской оппозиции?
RSS 2.0
Взгляд
