В списке нареканий к российским судам главенствуют две позиции: предельная сервильность судов в любых делах, имеющих политический оттенок, и так называемый обвинительный уклон — тенденция любой ценой уклоняться от вынесения решений, которые могли бы поставить под сомнение позицию государственного обвинения или «помешать» силовикам в борьбе с преступностью.
В очередной раз внимание общественности приковано к громким заявлениям российских властей о неожиданно назревшей потребности объявить войну клановости экономики, коррупции и воровству. Тот факт, что общество и экономика задыхаются от произвола монополий и чиновничьего беспредела, а система государственного управления с самого верха парализована судорогой коррупции, судя по всему, не вызывает сомнений у подавляющей части населения России.
Декабрь закрепил сложившуюся в прошлом году тенденцию: темпы роста кредитов населению существенно превышают темпы роста кредитов предприятиям реального сектора экономики.
В России продолжается перераспределение медиа-активов. Слухи о продаже издательского дома "Коммерсант", распространяемые с весны этого года, подтвердились. Новым владельцем газеты стал гендиректор "Газпроминвестхолдинга" и совладелец холдинга "Металлоинвест" олигарх Алишер Усманов, занимающий 25-е место в списке самых богатых людей России по версии журнала "Форбс". Его состояние оценивается более чем в 3 млрд. долларов. По оценкам экспертов, за издательский дом "Коммерсантъ" он заплатил более 200 млн. долларов. Как продажа «Коммерсанта» вписывается в общую тенденцию положения СМИ в России? Комментарий руководителя политологического департамента Центра политических технологий Алексея Зудина:
- Нужно ли ожидать изменения редакционной политики «Коммерсанта» после его продажи?
- Хотя сделка самим Усмановым подается как чисто коммерческое предприятие, политическую составляющую в ней можно усмотреть, и ее нужно оценивать исходя из позиционирования самого Усманова – лояльного власти человека и партнера «Газпрома».
В то же время важно, что это все-таки Усманов, а не «Газпром». Поэтому мы можем говорить, по крайней мере, в ближайшее время, не о том, что «Коммерсант» подпал под косвенный контроль Кремля, а, скорее, о другом эффекте. Не о политическом контроле, а о политической нейтрализации. Тем самым исключается ситуация, при которой «Коммерсант» может достаться собственнику, враждебному Кремлю.
А тот факт, что владельцем стал не сам «Газпром», позволяет предположить, что в ближайшее время линия издания существенно меняться не будет. Другое дело, что это может быть промежуточный этап. Посмотрим.
- Почему, собственно, «Коммерсант» решили продать?
- Насколько я понимаю, продавал «Коммерсант» уже не Березовский, а Бадри Патаркацишвили. При том, что они партнеры, интересы у них разные. У Березовского рельефно выражены политические интересы, каковых у Патаркацишвили в явном виде не наблюдается. Если говорить о причинах, побудивших его продать «Коммерсант», то, думаю, одна из основных - заинтересованность Патаркацишвили в снижении уровня конфликтности с российскими властями.
В том случае если Борис Березовский все-таки имел отношения к решению о продаже, это можно рассматривать как своеобразную капитуляцию. Потому что по состоянию на сейчас понятно, что российское политическое поле находится под жестким контролем, и вмешаться в подготовку избирательной кампании внешним акторам такого калибра, как Березовский, будет весьма затруднительно - шансы чуть ли не нулевые.
- Насколько продажа «Коммерсанта» и то, что за ней, возможно, последует, вписывается в общую ситуацию со СМИ в России?
- Ситуация с прессой в России, к сожалению, продолжает и дальше развиваться по линии, которую можно считать магистральной – все мало-мальски известные крупные издания в той или иной форме переходят под контроль структур, в различной степени связанных с Кремлем или его филиалами в бизнесе.
Плюрализм прессы слабеет. И если раньше гарантией разнообразия и относительной объективности СМИ была независимость изданий от власти, друг от друга и соперничество между ними, то теперь эти естественные гарантии ослабляются.
Все больше будет зависеть от того, какая степень свободы суждений будет позволена тому или иному изданию. Можно только предположить, что издания, находящиеся под непосредственным контролем «Газпрома» и его структур, будут придерживаться более жесткого кодекса поведения в своей политике. А в тех издания, которые контролируются не ведущими госкомпаниями, а только «друзьями» или просто лояльными Кремлю владельцами, плюрализма будет немножко больше.
- Можно ли ожидать, что после 2008 года появятся новые тенденции в медиа-политике власти?
- Можно предположить, что после 2008 года обозначатся процессы с противоположным знаком. Это будет связанно с тем, что деконцентрация моноцентрического режима, которая после ухода Путина неизбежна, естественным образом даст толчок к большему плюрализму и росту разнообразия в информационном поле. В любом случае, в правящей группе останутся два крыла, сформировавшиеся уже сейчас - «консервативное» и «умеренно-либеральное». Это реальный источник для разнообразия во мнениях и ориентациях изданий.
И сейчас фактор существования группировок в Кремле создает естественный барьер для унификации СМИ и является гарантией сохранения минимума разнообразия. А после 2008 года к этому фактору добавится еще фактор смены конфигурации режима.
Второй гарантией сохранения относительной свободы СМИ может быть тот факт, что пресса, и печатная, и электронная, существует в России в рыночной среде, а это означает, что она так или иначе вынуждена ориентироваться на запросы потребителей информации, которые сегментированы и неоднородны.
В качестве примера можно привести НТВ. Известна драматическая судьба этой компании. Известно, чем все закончилось. Но если мы сейчас сравним новости НТВ и других каналов, то увидим, что интонационно НТВ сохранило часть старого багажа. И я думаю, что это объясняется в первую очередь стремлением не терять аудиторию.
Однако стоит отметить и то, что на унификацию СМИ после 2008 года будет работать другая, противоположная тенденция. А именно - стремление правящей группы пропитать общество некой доминирующей идеологией.
Становление доминирующей партии неизбежно сопровождается, по крайней мере, в наших условиях, движением в сторону появления и распространения доминирующей идеологии. Эта тенденция тоже имеет место, и она может препятствовать расширению многообразия после 2008 года.
Конечно, варианты развития страны после 2008 года могут быть разными. Авторитарный вариант мы обсуждать не будем, поскольку медиа-политика власти при таком режиме более чем очевидна.
9 февраля произошло одно из ключевых событий в предвыборной кампании Владимира Путина: он выступил на съезде Российского союза промышленников и предпринимателей – самого мощного объединения бизнеса в стране. На этот раз Путин не брал однодневного отпуска, но выступал он, конечно, не как премьер, а как кандидат в президенты, более того – как будущий президент. И съезд крупного бизнеса воспринимал его именно в таком качестве, несмотря на то, что еще до Путина перед делегатами выступил другой кандидат в президенты, казалось бы, свой, предприниматель, член бюро правления РСПП Михаил Прохоров.
Украинская оппозиция готовится к серии протестов против непопулярных социально-экономических реформ власти. Власть пока ограничивается «косметическими» перестановками в правительстве. К чему приведет такая ситуация? Насколько вероятна «украинская весна» по арабскому сценарию? На эти и другие вопросы «Политком.Ру» отвечает украинский политолог, директор Центра прикладных политических исследований «Пента» (Киев) Владимир Фесенко.
В кипении страстей антипутинских и пропутинских митингов и в мощном поле притяжения общественного внимания, которое создает энергичная предвыборная активность самого Владимира Путина, публичная деятельность Дмитрия Медведева оказалась как-то на периферии, многие даже стали забывать, что он все еще является и до мая будет оставаться президентом. Очевидно, что такая ситуации самому Медведеву не нравится, и 6 февраля он встретился с общественным комитетом сторонников, чтобы напомнить о своих президентских полномочиях и своих ближайших планах по политической реформе.
Два года назад в истории Северного Кавказа произошло важное событие – был создан отдельный Северо-Кавказский федеральный округ. Существуют разные оценки эффективности этого решения и в целом той политики, которую федеральный центр проводит на Кавказе. Российские власти по-прежнему упрекают в отсутствии целенаправленной и осмысленной кавказской политики, а сами регионы Северного Кавказа продолжают восприниматься многими в сугубо негативном свете, как рассадники терроризма и коррупции, которым может быть и вовсе не место в Российской Федерации. С нашей точки зрения, в обсуждениях кавказской проблематики не хватает прежде всего объективного, очищенного от страстей и эмоций анализа ситуации, на основе которого можно было бы давать и осмысленные рекомендации властям.
Одним из главных кадровых распоряжений Януковича наступившего года, стало назначение Валерия Хорошковского новым министром финансов Украины. Для многих в стране это оказалось сюрпризом, главу Службы безопасности Украины считали не самой проходной фигурой на эту должность. Возможно, здесь уместно будет вспомнить, что ещё в сентябре прошлого года автор дал прогноз (http://www.politcom.ru/12495.html) этой кадровой перестановке в правительстве, где в частности писал: «…Следовательно, можно предположить, что глава СБУ готовится сменить площадку и уйти на повышение. Какое же место кроме премьерского, может означать повышение для Хорошковского?
Во властных кулуарах давно говорят о создании под эгидой Минфина структуры, которая объединит под одной крышей Государственные таможенную службу и налоговую администрацию…»
RSS 2.0
Взгляд
