2 апреля Президент РФ Дмитрий Медведев сообщил, что внес в Госдуму поправки в Гражданский кодекс РФ, которые касаются основополагающих институтов гражданского права. По сути, речь идет о принятии новой редакции ГК РФ. Если законопроект будет принят Госдумой в весеннюю сессию, то он вступит в силу в сентябре 2012 года. Куратор разработки документа, министр юстиции Александр Коновалов, назвал документ революционным.
Буквально на днях Росстат опубликовал оценку социально-экономического развития России по итогам первых 2 месяцев 2012г., согласно которому российская экономика продолжает демонстрировать признаки охлаждения деловой активности. Прежде всего, в глаза бросается тот факт, что даже несмотря на 35% рост цен на нефть за период 2010-2012г. темпы роста экономики стагнируют на отметке в 4,3%. При этом в январе 2012г. на фоне предвыборной суеты и резко возросшего градуса социальных протестов и вовсе был зафиксирован спад ВВП на 0,1% по сравнению с декабрём 2011г.
За последние две недели заметно ухудшилась внешняя конъюнктура и ситуация на мировых финансовых рынках. Политический кризис в Греции поставил вопрос о ее присутствии в зоне евро, а последовавшее за этим снижение агентством Moody’s рейтинга 16 испанских банков привело к снижению фондовых индексов по всему миру. При этом, как обычно, развивающиеся рынки отреагировали сильнее, чем развитые. С начала мая американский фондовый индекс S&P 500 снизился на 7%. На столько же процентов снизилась капитализация акций стран, входящих в зону евро (в соответствии с динамикой индекса EURU STOXX 50). Снижение сводного индекса для развивающихся стран (MSCI EM) составило 11%, индекс РТС снизился на 18%. Свой вклад в снижение РТС внесло ослабление курса рубля, последовавшее за снижением цен на нефть до уровней 2011 года. Центральный банк РФ оценил масштабы оттока капитала в апреле в 7 млрд. долл., и, судя по всему, в мае этот процесс продолжился. В этой ситуации более чем странно выглядел дежурный оптимизм главы ЦБ РФ С. Игнатьева, выступавшего на правительственном часе в Госдуме, где он заявил о том, что Россия лучше готова к кризису, чем четыре года назад, а также о том, что не считает нужным проводить политику, направленную на ослабление рубля.
Ещё лет пять назад многие специалисты утверждали, что глобализация позволит достигнуть беспрецедентной экономической эффективности. Глобальный рост производства и гигантские потоки инвестиций, казалось, подтверждали эти оценки. Сегодня же, хотя прогнозы, в общем, остаются оптимистичными, стало ясно, что мировая политика сейчас зачастую является помехой на пути развития мировой экономики.
Международный валютный фонд в опубликованном на прошлой неделе докладе по поводу перспектив мировой экономики в 2006 году обещает глобальный экономический рост почти в пять процентов. Такой достаточно высокий показатель по-прежнему достигается благодаря успехам Китая, оживлению экономической конъюнктуры в африканских государствах южнее Сахары и на Ближнем Востоке.
Однако два последних региона оказывают влияние на среднюю общемировую величину роста скорее арифметически. По сути же, многое зависит от государств развитых, в особенности от США. С начала года не было недостатка в прогнозах, быстро подхватываемых жадными до сенсаций журналистами, что американская экономика и доллар близки к кризису с катастрофическими последствиями для всего мира.
Но на самом деле реальных оснований для столь серьёзного беспокойства пока всё-таки не существует. Бюджетный дефицит Америки растёт. Конгресс своевременно подводит под него легальное основание, поднимая планку максимально возможного долга федерального правительства. Самое главное заключается в том, что продукция растущего производства товаров и услуг в мире оплачивается главным образом американцами.
Идея общества массового потребления стала во многом ответом человечества на кризис перепроизводства первой половины двадцатого века. Наиболее полностью эта идея реализовалась в США. Ничего сегодня не говорит о том, что в обозримой перспективе от этой идеи американское общество откажется.
Там, где в начале двадцать первого века решающую роль для мирового экономического развития играла американская хозяйственная система, сегодня ей на смену всё чаще приходит Япония, постепенно оправляющаяся от десятилетия экономического кризиса благодаря ряду либеральных реформ правительства Коидзуми.
При этом следует иметь в виду, что возможность кризисов для мировой экономики лежит сегодня всё-таки в политической сфере. Самый известный пример этого – продолжение роста цен на нефть в результате неопределённости вокруг иранской ядерной программы и ситуации в Нигерии. Однако ряд примеров легко может быть продолжен.
Скажем, куда менее известно, что после начала провозглашённой Вашингтоном войны против международного терроризма ухудшились экономические связи США с Ближним Востоком. Особенно это заметно в отношениях Соединённых Штатов и Саудовской Аравии. А ведь страны региона десятилетиями тратили доллары, полученные от поставок нефти в Америку, большей частью на товары и услуги, произведённые в тех же Штатах, на эти же деньги до сих пор во многом финансируется американский бюджетный дефицит.
У европейцев другие проблемы. Отражая скептицизм своих сограждан, правительства западноевропейских стран в последнее время всё больше прибегают к протекционизму, защищая национальные компании от притязаний зарубежных. Протекционизм в этом случае кажется особенно нелогичным, так как в Европе уже давно практически не осталось фирм, которые с уверенностью можно было бы причислить к одному государству. К тому же такая политика правительства создаёт тепличные условия, мешающие свободной конкуренции, без которой невозможно нормальное функционирование экономик.
Так что достаточно оптимистичный прогноз МВФ озабоченности экспертов всё равно полностью не снимает. Пока мировой экономике удаётся уравновешивать негативное влияние политических факторов. Как долго это продлится, сказать трудно.
Правительство Дмитрия Медведева оказалось в трудном положении еще до его создания. После отказа Медведева от переизбрания на второй срок в его перспективах разочаровалась значительная часть элиты, пришедшая к выводу, что правящая диархия завершает свое существование, а на смену ей приходит иерархическая структура, в которой премьер может рассчитывать лишь на некоторую степень автономии.
С начала мая индекс ММВБ потерял уже 10%, а курс рубля к бивалютной корзине обвалился почти на 4%. Аналитики спорят, является ли это предвестником нового глобального финансового кризиса, или мировая экономика сможет относительно безболезненно пережить банкротство ряда стран Еврозоны. Пока очевидно лишь одно: России не удастся остаться в стороне от финансовых потрясений.
Известный шедевр отечественной кинематографии давно приучил нас к тому, что «в Греции все есть1 ». Теперь – даже временное правительство2 . Уже в июне страну ждут новые парламентские выборы. Эксперты опасаются, что противники сокращения госрасходов в обмен на внешнюю помощь могут набрать в новом парламенте большинство. В то же время, итоги официальных опросов общественного мнения свидетельствуют о стремлении сохранения статус-кво – 80% греков выступают за то, чтобы остаться в валютном блоке. «Промежуточные» министры, демонстрируя понимание момента, отказались от зарплаты на весь срок полномочий – один месяц, а граждане выводят свои деньги из банков и из страны.
В последний день апреля в фокусе информационного внимания оказался сюжет про Эргнетский рынок. Его сегодняшняя актуализация объединяет в себе несколько важных вопросов. Они интересны и в контексте динамики грузино-осетинского конфликта, и в контексте внутриполитического развития частично признанной республики после повторных президентских выборов.
Верховный суд Российской Федерации окончательно ликвидировал Объединение украинцев России, удовлетворив, таким образом, иск министерства юстиции к данной общественной организации. Вот уже больше года ликвидаторская инициатива российских судебных инстанций неоднократно фигурировала в повестке дня российско-украинских отношений, вызывая откровенное недовольство Киева. На этот раз украинский МИД также не оставил решение без реакции, назвав его «предвзятым». Украинская оппозиция же и вовсе била в тревожный колокол – ликвидация объединения рассматривалась как часть «имперской политики Москвы» по уничтожению всего украинского.