В списке нареканий к российским судам главенствуют две позиции: предельная сервильность судов в любых делах, имеющих политический оттенок, и так называемый обвинительный уклон — тенденция любой ценой уклоняться от вынесения решений, которые могли бы поставить под сомнение позицию государственного обвинения или «помешать» силовикам в борьбе с преступностью.

Общественное внимание к судебной системе и запрос на ее реформирование будут в наступившем году только усиливаться. Любой социолог знает, что главная функция судебной системы — разрешение конфликтов и снятие напряженности в обществе. Суды применяют законы для разрешения споров, которые в отсутствие правового регулирования вызвали бы «неправовые действия», попросту говоря — насилие. А когда противостояние приобретает массовый политический характер, верховный суд или даже наиболее авторитетный судья из его состава (если таковой есть) могут стать важным ресурсом посредничества между конфликтующими сторонами.

Антикоррупционная тема должна рассматриваться в контексте изменения настроений общества в целом. В обществе растут протестные настроения, которые затрагивают самые разные его группы. Происходит процесс делегитимации власти, причем очень быстрый. До президентских выборов запаса прочности хватит, но дальше могут начаться серьезные проблемы – особенно, если придется реализовывать непопулярный курс, противоположный общественным ожиданиям (повышение пенсионного возраста, урезание социальных выплат и др.).

Дискуссия о положении заключенных, возобновляемая после каждой новой смерти, пока сводится к требованиям привести в порядок условия содержания в сизо. Проблема, однако, на самом деле намного шире.

Какими бы совершенными ни были тексты законов, законы сами себя не применяют. Это делают люди. Точнее, специально обученные и назначенные люди, являющиеся к тому же членами организаций, ответственных за правоприменение. Если сам закон не определяет своего применения, то откуда берется понимание того, как применять законы? Например, насколько активно искать монополистический сговор и насколько сурово наказывать нарушителей антимонопольного законодательства? Или сколько выявлять таких экономических преступлений, как мошенничество или растрата? Давать ли санкцию на арест подозреваемого на время следственных действий и т. п. Степень активности (в том числе произвольной) правоприменительных организаций — а это прежде всего полиция, следствие, прокуратура, суды и различные надзорные органы — зависит от сочетания их собственных интересов и принятой на данный момент политики. Допустим, собственные интересы им более или менее очевидны. Но вот как они «считывают» политику?

4 октября стало известно, что следователь ГСУ при ГУ МВД РФ по Москве Нелли Дмитриева была арестована сроком на два месяца по подозрению в получении взятки в особо крупном размере. В суде подозреваемая заявила, что стала фигурантом уголовного дела из-за того, что отказалась лжесвидетельствовать против начальника Главного следственного управления ГУ МВД РФ по Москве Ивана Глухова. «Я ничего не делала, из меня просто хотят сделать крайнюю, чтобы я давала показания на своего начальника Глухова», - сказала Дмитриева. «Мне сказали, что если я не дам показания на Ивана Глухова, то я сяду в тюрьму», - отметила Нелли Дмитриева.

20 сентября Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) огласил вердикт по делу «ЮКОС против России», по которому истцы требовали возместить из российского бюджета более 98 млрд долларов за «незаконный отъем собственности государством». Суд в Страсбурге признал, что права компании на защиту собственности были нарушены российскими властями, передает Reuters. В то же время действия российских налоговых органов в отношении ЮКОСа не были признаны политически мотивированными.

Госдума приняла в первом чтении третий пакет поправок по либерализации УК. Основные изменения касаются экономической части. Поскольку согласно этим поправкам клевета и оскорбление перестают быть уголовными преступлениями и переходят в разряд административных, не могу удержаться: горите в аду, черти! Если Дума сочтет себя оскорбленной, она может подать в мировой суд и взыскать с меня 5000 руб.

Возбуждение Верховным судом РФ надзорного производства по делу Алексея Козлова, осужденного на восемь лет лишения свободы, стало большой победой как для предпринимательского сообщества, так и для общественности, заинтересованной в нормальной работе российских судов. Но главной победительницей, конечно, следует назвать журналистку Ольгу Романову, посвятившую несколько лет жизни борьбе за свободу и доброе имя своего мужа.

Подготовка независимых экспертов в области антикоррупционной экспертизы при всех своих особенностях есть вид учебной и обучающей деятельности, и в силу этого к ней в полной мере применимы общие требования, предъявляемые к такой деятельности. Это относится и к необходимости следования основным принципам дидактики – общей теории учения/обучения. Эти принципы хорошо известны и достаточно давно отрефлектированы – начиная с «Великой дидактики» Яна Амоса Коменского.