Конклав кардиналов избрал нового Папу Римского. Об этом возвестил белый дым над Сикстинской капеллой и колокольный звон. Новым понтификом стал декан коллегии кардиналов Йозеф Ратцингер, он принял имя Бенедикта XVI. Новый Папа считается лидером консервативного крыла Римско-католической церкви. О том, какой будет католическая церковь при новом понтифике, "Политком.Ру" рассказывает руководитель аналитического департамента Центра политических технологий Алексей Макаркин.

- Чем был обусловлен выбор, сделанный вчера в Ватикане?

- Сыграла свою роль преемственность с Иоанном Павлом II, Иосиф Ратцингер был его ближайшим сторонником. Кроме того, он сыграл большую роль в том, чтобы нормализовалась обстановка в кардинальской курии, где в 70-е годы происходило множество конфликтов по самым разным поводам.

Ратцингер более 20 лет руководил Ватиканской Конгрегацией по вопросам о вероучении, одной из самых влиятельных организаций, преемницей инквизиции. Он внес значительный вклад в то, чтобы вокруг имени римского первосвященника и его окружения перестали всякие неприятные слухи, и в то, что произошло это не революционным, а эволюционным путем - тоже его заслуга.

Кроме того, на конклаве не произошло выдвижения альтернативной фигуры, сумевшей сплотить вокруг себя противников избрания Ратцингера. Со стороны либерального крыла было немало претендентов, но во всех голосованиях он очень серьезно опережал своих конкурентов.

- По какому пути развития пойдет Римская католическая церковь при новом Папе?

- Наверное, это будет попытка найти золотую середину. Неслучайно он избрал своим именем "Бенедикт". Дело в том, что если бы он был ультраконсерватором, то он избрал бы имя Пий, в честь известных консерваторов. Если бы он был сторонников компромисса с либералами, то, возможно, он избрал бы имя Иоанн или Иоанн Павел. Но он не пошел ни по одному, ни по другому пути. До него имя Бенедикт носил Бенедикт XV, бывший Папой в годы первой мировой войны. Он был известен своими призывами к прекращению войны, осуждениями религиозных преследований в России, а также тем, что при нем был подготовлен и принят кодекс канонического права, этапный документ в истории римской католической Церкви, которой определил юридическую сторону ее деятельности. Его, скорее, можно считать умеренным консерватором. Он не стремился ни к радикальному обновлению, ни к тому, чтобы вернуть ее в средневековье.

Ратцингер-Бенедикт будет вести себя так же. Будет сосредотачиваться на религиозной стороне церковной жизни: что она не должна быть конъюнктурной структурой, не должна стремиться быть современной, чтобы привлечь к себе новых сторонников. Тогда как фактические сторонники радикального обновления говорили верующим, что они могут делать чуть ли не все что угодно: разводиться, делать аборты, вступать в любые связи и т.д., а церковь будет во всем им уступать, лишь бы они приходили.

Такой вариант церковной политики для Ратцингера был неприемлем. Для него такие уступки были бы отказом от собственной идентичности католицизма. Он считает, что высокие моральные устои, концентрация на сакральной стороне жизни в церкви способны привлечь не любопытных и приходящих на две минуты, а искренне верующих людей, которые могут составить будущее католической церкви и не позволить ей раствориться в современном мире и смешаться с другими конфессиями.

Такой выбор у римской католической Церкви был в период реформации, кода началось серьезное протестантское движение, когда откалывались епархии и целые государства. И тогда стал выбор: либо идти на уступки, которым не видно предела, либо подчеркнуть свою идентичность, отстаивать свои принципы, очищаясь от порочных явлений, дискредитирующих церковь, и предлагая себя в качестве морального и интеллектуального образца. Церковь выбрала второй вариант - контрреформацию. И это привело к тому, что она смогла преодолеть кризис, который казался многим безнадежным. Церковь восстановила себя во многих странах. Например, в Польше. Сейчас эта страна - одна из оплотов католицизма в Европе. Тогда римская церковь смогла выстоять в тяжелой борьбе.

Вот и сейчас Ратцингер считает, что, провозглашая высшие моральные стандарты, а не снижая их для легкой популярности, он продолжает традиции, заложенные своим предшественником, который, несмотря на всю свою открытость внешнему миру, не шел на уступки по вопросам вероучения.

Показательно, что он уже собирается поехать с пастырским визитом на молодежный форум в Германию - для Ватикана это очень важно.

- Возможно ли при новом понтифике углубление диалога между Святым Престолом и Русской Православной Церковью?

- Я бы не делал ни слишком оптимистических, ни пессимистических прогнозов. Сейчас в православной церкви многие полагают, что диалог может возобновиться, в связи с тем, что новый понтифик выходец из Германии, а не из Польши, потому что связывают восточную политику Рима с тем, что прежний Папа был из Польши.

Многие считают, что Ратцингер сосредоточит свое внимание на западной и центральной Европе, на тех странах, где сократилось количество верующих католиков и где католицизм не вступает в конфликт с православием.

Возможно, что центр тяжести и будет перенесен, но, я думаю, что интересы уже существующих в России епархий Ватикан будет продолжать отстаивать, на уступки по униатскому вопросу Ватикан вряд ли пойдет. Надо отметить, что отстаивание идентичности предусматривает в том числе и тот постулат католической церкви, что именно она является истинной церковью. Поэтому понятно, что новый глава будет отстаивать правоту именно своей церкви, как он и делал, будучи кардиналом.

Но можно отстаивать ее формально, а диалог вести в другом формате, а можно последовательно и убежденно. Ратцингер всегда делал второе, за что часто подвергался критике и со стороны самих католиков, среди которых нередко звучали даже голоса о сближении с протестантами.

- Но каковы рамки возможного внутри этого диалога?

- Во взаимоотношениях РПЦ и католиков возможен богословский диалог, но не более того. Для православной церкви это плюс, поскольку она сейчас хочет только одного - чтобы католики не вмешивались в ее жизнь.

Русская православная церковь тоже хочет, чтобы отношения оставались в рамках мирного сосуществования, но не более того. Возможно, будут сделаны шаги в эту сторону, но я бы воздержался от излишнего оптимизма - где это будет нужно, Ватикан будет стоять на своих позициях непреклонно.

20.04.2005