2 апреля Президент РФ Дмитрий Медведев сообщил, что внес в Госдуму поправки в Гражданский кодекс РФ, которые касаются основополагающих институтов гражданского права. По сути, речь идет о принятии новой редакции ГК РФ. Если законопроект будет принят Госдумой в весеннюю сессию, то он вступит в силу в сентябре 2012 года. Куратор разработки документа, министр юстиции Александр Коновалов, назвал документ революционным.
Буквально на днях Росстат опубликовал оценку социально-экономического развития России по итогам первых 2 месяцев 2012г., согласно которому российская экономика продолжает демонстрировать признаки охлаждения деловой активности. Прежде всего, в глаза бросается тот факт, что даже несмотря на 35% рост цен на нефть за период 2010-2012г. темпы роста экономики стагнируют на отметке в 4,3%. При этом в январе 2012г. на фоне предвыборной суеты и резко возросшего градуса социальных протестов и вовсе был зафиксирован спад ВВП на 0,1% по сравнению с декабрём 2011г.
За последние две недели заметно ухудшилась внешняя конъюнктура и ситуация на мировых финансовых рынках. Политический кризис в Греции поставил вопрос о ее присутствии в зоне евро, а последовавшее за этим снижение агентством Moody’s рейтинга 16 испанских банков привело к снижению фондовых индексов по всему миру. При этом, как обычно, развивающиеся рынки отреагировали сильнее, чем развитые. С начала мая американский фондовый индекс S&P 500 снизился на 7%. На столько же процентов снизилась капитализация акций стран, входящих в зону евро (в соответствии с динамикой индекса EURU STOXX 50). Снижение сводного индекса для развивающихся стран (MSCI EM) составило 11%, индекс РТС снизился на 18%. Свой вклад в снижение РТС внесло ослабление курса рубля, последовавшее за снижением цен на нефть до уровней 2011 года. Центральный банк РФ оценил масштабы оттока капитала в апреле в 7 млрд. долл., и, судя по всему, в мае этот процесс продолжился. В этой ситуации более чем странно выглядел дежурный оптимизм главы ЦБ РФ С. Игнатьева, выступавшего на правительственном часе в Госдуме, где он заявил о том, что Россия лучше готова к кризису, чем четыре года назад, а также о том, что не считает нужным проводить политику, направленную на ослабление рубля.
После первых известий о киргизских выступлениях оппозиции российские журналисты поторопились назвать происходящее в Киргизии "очередной революцией из оранжевой серии", а некоторые политики объявили об "экспорте революции" и по своей привычке покивали укоризненно в сторону Запада. Сейчас уже понятно - в Киргизии все не как в Киеве. Чем закончится столкновение власти и оппозиции? Удастся ли устоять режиму Акаева, и если удастся, то какой ценой? Мнения Игоря Яковлева, Алексея Макаркина и Андрея Грозина.
Игорь Яковлев, вице-президент Российской ассоциации политической науки:
Это совсем другой сценарий, нежели в Грузии или на Украине. И в первую очередь потому, что о бархатной революции нет речи: пролилась кровь. Это означает, что мирный исход уже по факту невозможен.
Есть еще одна проблема, которая носит весьма существенный характер. Речь идет о принципиально новой ситуации в одной из стран СНГ. Ни на территории Грузии, ни на территории Украины не было американских военных баз. В Киргизии такая база есть. В данном случае это принципиальное отличие - сам факт военного присутствия на территории этой страны тем самым вовлекает США в косвенное участие в этом конфликте. В этой связи то, что незаметно произошло между США и Россией на территории Украины, может косвенно отразиться в связи с Киргизией. Пока сложно сказать, какую форму это примет. Но мы можем говорить о возникновении совершенно нового сценария развития на постсоветском пространстве.
Что касается самих событий, то мы знаем, что это случалось уже не в первый раз: было кровавое столкновение в Оше, еще в советское время, а совсем недавно там было столкновение - в связи с китайской границей.
С моей точки зрения, политический процесс всегда лучше войны, поэтому решение Акаева о переговорах с оппозицией правильное. Осенью в Киргизии должны пройти президентские выборы, и до этих пор, я считаю, можно пойти на уступки противодействующей стороне. Насколько велики будут эти уступки, решать главе государства, и во многом от этого решения будет зависеть судьба государства.
Алексей Макаркин, заместитель генерального директора Центра политических технологий:
Я бы сказал, что это скорее имитация бархатной революции.
Что такое бархатная революция? Это когда собирается средний класс и молодежь и, выступая против коррумпированного старого режима, хотят идти "на Запад". Цель этих массовых акций - ориентация на Европу. Как правило, такая революция проходит в интеллектуальном центре, где много студентов и велика политическая активность.
Здесь же ни о какой Европе не может быть речи. Центр и средний класс ориентированы на Акаева. Действия участников подчеркнуто силовые, тогда как бархатные революции подчеркнуто благожелательны по своей форме, экстравертны. В Киргизии же все построено на нарушении закона.
Дело в том, что в стране происходит историческая борьба между двумя крупнейшими кланами севера и юга. В 90-м году к власти пришли "северяне". У нас все может видеться иначе, может возникать представление, что есть реакционные силы и пришедшие им на смену силы реформаторские. Отчасти это так, но это глубоко вторичный фактор. Главное - что эти кланы никак не могут поделить власть. Мы видим, что северный клан смог организовать достаточно прозрачные и конкурентные (по сравнению, конечно, не с Европой, а с соседями) выборы, после них много оппозиционеров прошли в парламент. Но южанам этого мало.
Явно, что этим акциям хотят придать вид "оранжевых": есть массовые выступления, обращения за помощью к Западу, звучат слова о свободе и демократии, но за всем этим стоит совершенно другое.
Я не думаю, что речь идет об экспорте революции, скорее, об имитации, причем об очень плохой. Но сейчас уже агрессивный клановый характер этой революции выявился полностью.
Андрей Грозин, заведующий отделом Средней Азии и Казахстана Института стран СНГ:
Пока сложно сделать прогнозы, все-таки очень велик элемент неопределенности.
У киргизских властей есть два варианта поведения. Первый - силовой: введение чрезвычайного положения и введение силовых структур для подавления мятежных провинций. Но для этого варианта есть ряд ограничений. У нынешнего режима нет такого ресурса. Все войска Киргизии насчитывают 25 тысяч штыков, раскиданных по стране и сосредоточенных в столице. Такими силами подавить выступления, в которых участвуют от 30 до 50 тысяч человек, невозможно. Кроме того, мы видели, как войска переходят на сторону восставших… Не имея собственного ресурса, понятно, что власти могут обратиться к соседям, например, к тем, которые должны оказывать помощь в рамках СНГ, или в рамках шанхайского договора. Однако ни Россия, ни Китай, ни Казахстан, ни Узбекистан не расположены сейчас использовать свои силовые структуры для подавления мятежей в Киргизии. Надеяться на помощь Запада тоже не следует. Американцы показали еще в прошлом году, когда в Ташкенте и Бухаре проходили крупные теракты, как быстро они тогда закрылись на своих базах и никакого участия к узбекских конфликтах не принимали. Сейчас американская военная база в Киргизии уже закрыта. Узбекистан тоже уже закрыл свою границу в одностороннем порядке.
Поэтому остается только второй вариант - переговоры: подкупить оппозицию деньгами и должностями, решать вопросы поэтапно, договариваться с теми или иными группами и лидерами, подкидывать материальную помощь в отдельные регионы. Пытаться сбить по частям проблему. Уступки оппозиции возможны вплоть до отставки правительства и Центризбиркома. Но подобным образом Акаев уже действовал в 2000 году, отправив в отставку правительство. Кроме того, сейчас у власти просто мало денег, которые можно было бы бросить на то, чтобы сбить волну, много было потрачено на выборы. Возможно, конечно, что они появятся.
Конечно, второй план предпочтительней. Но осуществить его нелегко - ситуация зашла слишком далеко. Такого даже в Киргизии еще не было. Перекрывать магистрали - это чуть ли не национальный вид спорта, но госучреждения штурмом еще не брали…
Однако то, что сегодня была взята некоторая пауза, говорит о том, что ни оппозиция, ни власть не готовы сейчас к тому, чтобы идти на серьезную конфронтацию. У обеих сторон нет на это ни сил, ни средств. Идет подготовка, взаимный шантаж и торг, но оппозиция тоже не готова сейчас идти на столицу. Если власть пойдет на уступки, то ей придется ощутимо поделиться с оппозицией: уступить ей не только часть власти, но и часть бизнеса, которого в Киргизии немного.
Правительство Дмитрия Медведева оказалось в трудном положении еще до его создания. После отказа Медведева от переизбрания на второй срок в его перспективах разочаровалась значительная часть элиты, пришедшая к выводу, что правящая диархия завершает свое существование, а на смену ей приходит иерархическая структура, в которой премьер может рассчитывать лишь на некоторую степень автономии.
С начала мая индекс ММВБ потерял уже 10%, а курс рубля к бивалютной корзине обвалился почти на 4%. Аналитики спорят, является ли это предвестником нового глобального финансового кризиса, или мировая экономика сможет относительно безболезненно пережить банкротство ряда стран Еврозоны. Пока очевидно лишь одно: России не удастся остаться в стороне от финансовых потрясений.
Известный шедевр отечественной кинематографии давно приучил нас к тому, что «в Греции все есть1 ». Теперь – даже временное правительство2 . Уже в июне страну ждут новые парламентские выборы. Эксперты опасаются, что противники сокращения госрасходов в обмен на внешнюю помощь могут набрать в новом парламенте большинство. В то же время, итоги официальных опросов общественного мнения свидетельствуют о стремлении сохранения статус-кво – 80% греков выступают за то, чтобы остаться в валютном блоке. «Промежуточные» министры, демонстрируя понимание момента, отказались от зарплаты на весь срок полномочий – один месяц, а граждане выводят свои деньги из банков и из страны.
В последний день апреля в фокусе информационного внимания оказался сюжет про Эргнетский рынок. Его сегодняшняя актуализация объединяет в себе несколько важных вопросов. Они интересны и в контексте динамики грузино-осетинского конфликта, и в контексте внутриполитического развития частично признанной республики после повторных президентских выборов.
Верховный суд Российской Федерации окончательно ликвидировал Объединение украинцев России, удовлетворив, таким образом, иск министерства юстиции к данной общественной организации. Вот уже больше года ликвидаторская инициатива российских судебных инстанций неоднократно фигурировала в повестке дня российско-украинских отношений, вызывая откровенное недовольство Киева. На этот раз украинский МИД также не оставил решение без реакции, назвав его «предвзятым». Украинская оппозиция же и вовсе била в тревожный колокол – ликвидация объединения рассматривалась как часть «имперской политики Москвы» по уничтожению всего украинского.
RSS 2.0
Взгляд
