События сентября имеют гораздо большее значение для развития страны, чем простое прояснение списка будущих первых лиц и думских партий. Сжатие портфеля потенциальных парламентских партий и внезапная рокировка тандема ведут к ограничению представительности системы и перекрывают последние оставшиеся каналы политической конкуренции в рамках избирательного процесса. Тем самым отсечены те предположительные сценарии, которые допускали саморазвитие системы власти в направлении большей открытости и конкуренции.

Но шансы на ускорение политической трансформации не уменьшаются, а возрастают. Замедление могло бы произойти в сценарии мимикрии системы, при которой создавалась бы убедительная видимость роста открытости и представительности без реальных подвижек в этом направлении. Шансы на реализацию такого сценария, возможно, сохранялись бы в случае успешности проекта с реанимацией «Правого дела» под руководством Михаила Прохорова, способной привлечь протестных избирателей на правом фланге, и отказа от политики вытеснения «Справедливой России» с левого фланга. Но после отставки Михаила Прохорова правый фланг опустел, а левее центра «Справедливая Россия» если и будет представлена в Думе, то будет слишком малочисленной, чтобы иметь какой-либо вес.

Такой исход не оставляет места для иллюзий: дальнейшее развитие может происходить только по сценарию отчуждения власти и общества и усиления противостояния между ними. Давление со стороны общества в направлении изменений будет нарастать до тех пор, пока не будет обеспечено реальное представительство широкого спектра общественных интересов.

Многие люди, с кем я общаюсь повседневно, — это люди в возрасте 45 лет и старше. Их реакция на самоназначение тандема негативная, чисто личная и, если угодно, экзистенциальная. Они понимают, что, возможно, у них осталось по 10-15 лет активной профессиональной жизни, а затем придет пенсионный возраст. И большинство из них задаются вопросом: неужели еще 12 лет мы будем жить со всем этим? Отсюда волна злых антипутинских анекдотов, стихов и видеороликов в интернете, которыми люди охотно обмениваются и в сети, и в личном общении. Теперь их с удовольствием пересказывают друг другу люди, которых еще недавно было трудно заподозрить в нелояльности к властям. Эта реакция по-человечески понятна: они чувствуют, что у них хотят отнять будущее. На уровне архетипов всплывает хорошо известное с детства нашему поколению стихотворение Чуковского «Краденое солнце». Сюжет его незамысловат: крокодил проглотил солнце, и растерянные звери мечутся по темному лесу в поисках «центра сплочения». В этой роли в конце концов выступает медведь, который освобождает солнце после недолгой борьбы. В отличие от детской сказки в российских политических реалиях рокировка тандема лишила Дмитрия Медведева возможности стать центром консолидации даже ограниченной части людей, настроенных на перемены.

Осенью спонтанный поиск возможных центров оппонирования властям стал массовым явлением. Один и тот же вопрос: «Вокруг кого объединяться?» — приходится слышать от самых разных людей, большинство из которых в недавнем прошлом не проявляли интереса к политической деятельности. Особенно интересно, что традиционные различия между правыми и левыми, либералами и государственниками быстро стираются. Предприниматели, близкие к силовикам, с интересом присматриваются к Михаилу Прохорову, а либерально настроенные интеллектуалы обсуждают возможность трансформации КПРФ в социал-демократическую партию европейского типа. Создается впечатление, что в атмосфере «украденного будущего» не только ширится оппонирование властям, но и возникают условия для широкой консолидации оппонентов. Общим знаменателем для всех становится опыт — и позитивный, и отрицательный — жизни в рыночной экономике. По большому счету всем примерно понятно, что нужно сделать, чтобы развитие страны не остановилось. Примерно понятно, что из этого сможет сделать существующая власть (например, создать очаги привлечения инвесторов по подобию Калужской области) и что она сделать в принципе не способна (ограничить коррупцию, обеспечить защиту собственности и независимость судебной системы). Если три года назад люди моего круга с трудом могли заставить себя перелистать какой-нибудь программный экономический труд сторонников государственничества — настолько велико было взаимное непонимание, то теперь многие документы, исходящие из этой среды, вызывают неподдельный интерес. Такой потенциал консолидации на почве конструктивного оппонирования для власти даже опаснее, чем любая организованная оппозиция. Как показал поздний советский опыт, остановить интеллектуальное отторжение общества от власти практически невозможно, а оно дало толчок к распаду советской системы в отсутствие каких-либо оппозиционных структур.

Но этим проблемы, порожденные сентябрем, не исчерпываются. Механизм партийного манипулирования нанес непоправимый ущерб интересам самой политической системы, для поддержки которой он создавался. В условиях, когда нарастает спрос на открытость и партийный плюрализм, вмешательство в деятельность партий привело к противоположному результату. Портфель думских партий сужается до состояния, когда он уже не обслуживает реальных общественных интересов за исключением интересов самих властей. Политический процесс перешел в стадию саморазрушения, подобно тому, как в свое время Французская революция начала «пожирать собственных детей». Чем это кончилось во Франции, хорошо известно: революция завершилась очередной глубокой перестройкой политической системы.

Еще в более закрытой и неподотчетной политической системе власти оказываются в одиночестве перед лицом потенциального общественного недовольства и не смогут ему эффективно противостоять. Между тем политические риски для властей продолжают нарастать.

Рейтинги поддержки тандема и правящей партии устойчиво снижались на протяжении многих месяцев. В электоральном плане наблюдается отчетливый сдвиг предпочтений в пользу КПРФ. Он отражает не столько рост поддержки коммунистам, сколько распространение оппозиционных настроений и отсутствие иных реальных партийных альтернатив.

Вторая волна экономического кризиса еще не началась, но экономические ожидания населения, по данным Росстата, сохраняются в отрицательной зоне с конца 2008 г. Надвигающееся торможение экономики приведет к их дальнейшему падению. У пенсионеров экономические ожидания оказываются самыми низкими по отношению к другим возрастным группам, несмотря на то что рост пенсий в реальном выражении за 2010 г. составил 35%. Это говорит об исчерпании потенциала удержания популярности за счет роста социальных расходов. Тем более что, как показывают наши исследования, основные требования городского среднего класса, являющегося основной питательной средой для роста оппозиционных настроений, заключаются в ограничении коррупции, обеспечении равенства всех перед законом, качества и доступности государственных услуг, условий для ведения бизнеса и для вертикальной социальной мобильности. Подобные запросы в существующей системе удовлетворять гораздо труднее, чем спрос пенсионеров на социальные выплаты.

Дополнительным фактором риска для политической стабильности служит повсеместный рост протестной активности городского среднего класса в странах с развивающимися рынками. В последние месяцы с этим явлением столкнулись страны БРИК (протесты против строительства химического завода в китайском Даляне, движение против коррупции в Индии, акции протестов в Бразилии), а также в Северной Африке и на Ближнем Востоке. Это сравнительно новое явление, причины которого иногда связывают с распространением интернет-технологий. В России протестная активность городского среднего класса пока не носит массового характера. Однако, по социологическим данным, склонность к протестам среднего класса крупных российских городов выше, чем у населения в целом.

Обстановка становится более взрывоопасной. На протяжении первых восьми месяцев 2011 г. уровень протестных настроений, измеренный вопросом: «Считаете ли вы, что ваши близкие люди, друзья и знакомые готовы участвовать в акциях протеста?», был в среднем на одну пятую выше, чем в аналогичные месяцы прошлого года, и составляет около 40%.

По некоторым данным, в сентябре наблюдался многократный рост количества массовых трудовых конфликтов по сравнению с относительно стабильным уровнем предыдущих месяцев. Об устойчивости политической системы в этих условиях придется забыть. Приближается время ее глубоких изменений.

Михаил Дмитриев — президент фонда «Центр стратегических разработок»

Материал опубликован на сайте Vedomosti.ru 20.10.2011

20.10.2011