13 октября Банк России сообщил об изменении механизма реализации курсовой политики. Регулятор расширил операционный интервал допустимых значений стоимости бивалютной корзины (0,45 евро + 0,55 доллара США) с 3 до 4 рублей, одновременно снизив величину накопленных интервенций, приводящих к сдвигу его границ на 5 копеек, с $700 млн. до $650 млн.

Новый интервал по сообщениям СМИ со ссылками на участников рынка, установлен в диапазоне 32,9 – 36,9 рублей за бивалютную корзину (ранее он составлял 33,4 – 36,4 рублей). При этом российский Центробанк отменил фиксированные границы коридора допустимых колебаний бивалютной корзины (с 23 января 2009 года 24 – 41 рублей), подчеркнув, что это решение принято в рамках программы действий по постепенному сворачиванию антикризисных инструментов (так называемой exit strategy).

Цель Банка России, как подчеркнуто в его сообщении, способствовать повышению гибкости валютного курса и тем самым сокращению масштабов прямого вмешательства в процессы курсообразования на внутреннем валютном рынке. Финансовые и банковские аналитики считают, что это шаг в правильном направлении постепенного отказа от сравнительно жесткой привязки рубля к доллару и перевода денежно-кредитной политики в режим инфляционного таргетирования и более эффективного управления ликвидностью посредством процентных ставок. Кроме того, более гибкий курс снижает риски, связанные с притоком и оттоком «hot money» («горячих денег»), и повышает общую финансовую стабильность, затрудняя валютным спекулянтам прогнозирование колебаний стоимости рубля и соответствующих действий регулятора. У «кэрритрейдеров», таким образом, ограничиваются возможности для атак на российскую валюту.

Важно подчеркнуть, что Банк России в отличие от «коллег» в ряде стран действует максимально прорыночно - чем меньше интервенций, тем объективнее (то есть, рыночнее) валютный курс, и тем меньше тратится средств из международных резервов с неочевидным результатом. Немаловажно и то, что при сдержанности регулятора в интервенциях валютный рынок дополнительно не ускоряет инфляцию. В текущих обстоятельствах (с начала октября цены выросли на 0,3%; с начала года на 6,5%; в годовом выражении, то есть октябрь 2010-го к октябрю 2009-го – уже на 7,3%) это существенно. ЦБ РФ дает понять участникам рынка, что принципиальных качественных изменений в курсовой политике в ближайшее время не будет, возможно лишь в перспективе некоторое количественное расширение операционного интервала. В будущем, не исключает первый зампред Банка России Алексей Улюкаев, он может быть даже отменен, а регулятор перейдет (при необходимости) к так называемым «точечным интервенциям» без жестких и заранее известных рынку правил. Именно так, кстати, действовали в последнее время центробанки Израиля, Швейцарии, Японии.

Новый операционный интервал, естественно, будет тестироваться участниками рынка: для понимания, как будут работать новые правила, трех дней недостаточно¹ . Тем более, что, судя по ранее делавшимся ЦБ РФ заявлениям, его подход к внутридневным интервенциям может корректироваться в зависимости от «качества» изменений в динамике счета текущих операций платежного баланса. Подчеркнем, решение ЦБ означает (в полном соответствии с рекомендациями G 20) шаг в противовес практике манипулирования валютными курсами. По словам Алексея Улюкаева, «Банк России – мирная организация и в валютных войнах не участвует». Насколько такая позиция поможет снизить градус нервозности на валютных рынках, покажет время. Пока же российские денежные власти полагают разумным воздержаться от каких-либо скороспелых межгосударственных решений в области регулирования валютных курсов. Именно эту точку зрения представил на сессии МВФ вице-премьер, министр финансов Алексей Кудрин: «такие меры достаточно хорошо не проработаны и вопрос требует дополнительного обсуждения». По его мнению, внимание к валютным курсам избыточно и они не являются «слишком серьезным фактором в текущей экономической ситуации».

Месседж, запущенный главой Минфина в Вашингтоне в конце прошлой недели, получил развитие 14 октября на V пленарном заседании диалога Россия – ЕС по финансовой и макроэкономической политике. По мнению Алексея Кудрина, возросшая волатильность резервных валют, безусловно, является признаком нестабильности мировой финансовой системы, однако только к этому проблему существующих глобальных дисбалансов свести нельзя. «Скорее всего, основная причина здесь кроется в различной конкурентоспособности, специализации разных стран в тех или иных секторах экономики, поэтому торговые дисбалансы имеют преимущественно структурную природу». Другая причина разбалансирования мирового хозяйства, полагает главный финансист страны, в стимулирующей монетарной политике некоторых развитых стран, прежде всего, США² , когда создание избыточной ликвидности усугубляет проблемы для стран с формирующимися рынками, стимулируя значительные притоки капитала.

Выход из ситуации – перезагрузка реформы финансового регулирования с более равномерным учетом интересов всех стран³ , обеспечивающим более высокую применимость предлагаемых регулятивных стандартов и их влияние на развитие национальных финансовых систем и экономический рост в целом. В условиях, когда в ряде развитых (и тем более развивающихся) стран фактически произошла трансформация финансовой турбулентности в суверенный долговой кризис, наглядно обозначилась недостаточность усилий по сокращению уровней дефицита бюджета и государственного долга. Поэтому, считает Алексей Кудрин, необходима неотложная фискальная коррекция в наиболее уязвимых национальных звеньях глобальной экономики и составление среднесрочных программ фискальной консолидации во всех развитых странах.

Показательно, что по сути дела аналогичную обеспокоенность выразил директор-распорядитель МВФ Доменик Стросс-Кан, выступая 8 октября на ежегодном совещании Советов управляющих Группы Всемирного Банка и Международного валютного фонда. По его словам, оживление глобальной экономики «отличается неустойчивостью и неравномерными темпами». Причем, именно последние вызывают неустойчивость роста, порождают риски ухудшения ситуации, главными из которых являются: разрастание государственного долга, восстановление без создания новых рабочих мест, недостаточно эффективный надзор за все еще вяло реформируемым финансовым сектором, а также «исчезающая приверженность сотрудничеству», что наиболее ярко проявилось в валютной сфере. Между тем, уверен Доминик Стросс-Кан, глобальная проблема дисбалансов требует долговременного решения, и оно только отодвигается попытками закрыться от избыточных притоков капитала «гонкой девальваций». Естественно, на таком фоне растут ожидания того, что финансовая повестка станет предметом повышенного внимания предстоящего в ноябре в Сеуле саммита G-20.

Пока же в глобальной экономике продолжается накопление неопределенности. 12 октября OECD представило новый доклад о перспективах мировой экономики. Прогноз для Канады, Франции, Италии, Великобритании, Бразилии, Китая. Индии указывает на высокую вероятность «локального спада», для США – по меньшей мере, замедления на грани со стагнацией. Рост возможен лишь в Японии и Германии. Положение же в России оценивается много лучше, чем в большинстве стран OECD – ее экономика будет расти.

Реальная динамика экономических показателей в мире, конечно, всегда отклоняется от прогнозируемой, а сами прогнозы корректируются едва ли не помесячно. Тем важнее критический порог расхождений «по жизни» и «по предписанию». Глава Минфина Алексей Кудрин, например, считает, что ухудшение действительных значений показателей против прогнозируемых на 10% вряд ли окажет влияние на ситуацию в России. Давление станет ощутимым при разности около 30%. Если свыше этого, то влияние глобального хозяйства «может изменить сам сценарий развития российской экономики». Сейчас «каждый квартал может приносить уточнения настроений, поэтому неопределенность остается очень большой и в принципе заставляет нас быть готовыми к разным сценариям», - констатирует вице-премьер, министр финансов. Для такой готовности крайне важно сохранять пространство для маневра и свободу действий. Решение по новому операционному интервалу для валютных интервенций как раз из тех, что максимально адекватны текущей ситуации. Тем более, что «внутренних констант» очень мало. Так, в принципе, ясно, что бюджетный дефицит-2010 сложится в размере не менее 5% ВВП, а инфляция в текущем году может добраться до 8,2%. При этом, продолжение экономического восстановления обусловлено ценой нефти выше $60 за баррель. Во всем прочем, будь то темпы роста ВВП, потребительского спроса, инвестиций, промышленности или же состояние торгового и платежного балансов, никаких предопределенностей нет, есть лишь вероятности. Хорошая иллюстрация к тому – прогноз ЦБ РФ потока капитала на 2011 год в «вилке»: от оттока в $15 млрд. до притока в $20 млрд.

Выступая в среду на Гайдаровских чтениях в ИЭП, глава Сбербанка Герман Греф сравнил «экономическую элиту» с Колумбом, который плыл в Индию, а оказался в Новом Свете. Глобальная экономика, впрочем, все еще плывет, а координаты «порта назначения» постоянно меняются. У РФ, как водится, своя специфика – крайне важно не попасть под действие «закона матроса Железняка», вполне корректно описанного в одной из песен 20-х годов прошлого века: «Он шел на Одессу, а вышел к Херсону. В засаду попался отряд».

Чтобы не «попасть», необходимо предельно прагматично наращивать потенциал адекватных ответов на множащиеся вызовы: соблюдать баланс макроэкономических рисков, развивать рыночные институты, повышать качество администрирования госфункций и проводить структурные реформы. Многое из этого как раз прямо соответствует решение ЦБ РФ от 13 октября 2010 года.

Марина Войтенко - руководитель департамента информационных программ Центра политических технологий

---

1. Первая реакция рынка на новации регулятора оказалась довольно спокойной. Снижение курса рубля продолжилось со вторника по пятницу. Утром в четверг (после объявления о принятых решениях в среду вечером) стоимость «корзины» выросла с 35,3 до 35,6 рублей, стабилизировавшись затем на уровне 35,45 рублей. По итогу сессии в пятницу курс по «корзине» составил 35.65 рублей, достигнув «максимума» с 23 сентября.
2. По мнению подавляющего большинства экспертов, на заседании ФРС 2-3 ноября может быть принято решение о возобновлении покупки гособлигаций. Этого ожидают 93% из 70 экономистов, трейдеров и управляющих фондами, опрошенных в начале прошедшей недели CNBC. В соответствии со средним прогнозом, объем новой программы составит $500 млрд. (разброс оценок от $100 млрд. до $1,5 трлн.), начаться она может с малых траншей в $35-65 млрд. Как считают многие аналитики, именно неопределенность, связанная с деталями возможного смягчения денежной политики США, спровоцировала так называемую «валютную войну». Вместе с тем, с формальной точки зрения, ФРС пока нельзя упрекнуть в том, что она взяла сознательный курс на ослабление доллара. Договоренности с США «по форме» выполняет и Китай: с 19 июня юань укрепился по отношению к доллару на 2,3%. Больше определенности в действиях японских денежных властей. Банк Японии объявил о создании фонда в 5 трлн. йен ($60 млрд.) для увеличения ликвидности в экономике. Фонд будет действовать в течение года и объединяется с программой кредитования банков, которая сохранена на уровне 30 трлн. йен. Общий объем вливаний в экономику достигнет 35 трлн. йен ($418 млрд.).
3. «Расслоение» глобальной экономики по группам интересов ее участников вновь не позволило в начале октября прийти к компромиссу по новому распределению страновых квот в МВФ и реформе его управления.

18.10.2010