В списке нареканий к российским судам главенствуют две позиции: предельная сервильность судов в любых делах, имеющих политический оттенок, и так называемый обвинительный уклон — тенденция любой ценой уклоняться от вынесения решений, которые могли бы поставить под сомнение позицию государственного обвинения или «помешать» силовикам в борьбе с преступностью.
В очередной раз внимание общественности приковано к громким заявлениям российских властей о неожиданно назревшей потребности объявить войну клановости экономики, коррупции и воровству. Тот факт, что общество и экономика задыхаются от произвола монополий и чиновничьего беспредела, а система государственного управления с самого верха парализована судорогой коррупции, судя по всему, не вызывает сомнений у подавляющей части населения России.
Декабрь закрепил сложившуюся в прошлом году тенденцию: темпы роста кредитов населению существенно превышают темпы роста кредитов предприятиям реального сектора экономики.
В информационную войну между Россией и Беларусью включился лично президент Дмитрий Медведев
Действительно ли Александр Лукашенко обещал Дмитрию Медведеву признать Абхазию и Южную Осетию? Не доверять российскому президенту в его утверждении нет никаких оснований. Тем более, что сам российский президент утверждает, что заявление белорусского президента было сделано не в ходе частной или хотя бы личной встречи, а в присутствии руководителей других стран-членов СНГ. То есть, по большому счету, это было не столько обещание, сколько дипломатическое заявление, демонстрация уважения к российскому президенту и его стране. Такие заявления союзники России делают пачками, но для того, чтобы они стали не только заявлениями, а еще и обещаниями, а из обещаний превратились в конкретные действия, необходимо приложить дополнительные усилия.
Но все это не так уж важно. А важно то, что в информационную войну между Россией и Беларусью включился лично президент Дмитрий Медведев. Теперь уже никто не скажет, что показанные по телеканалу НТВ фильмы, в которых россиянам наконец-то решили показать некоторые обстоятельства политической биографии Александра Лукашенко, были просто частной инициативой независимых газпромовских журналистов. Никто не сможет утверждать, что президент и премьер-министр России с изумлением вглядывались в телевизионный экран, вместе с другими россиянами узнавая об этих обстоятельствах. Потому что сам президент решил стать солдатом – ну пускай даже и не солдатом, а генералом, ну пускай даже не генералом, а маршалом – информационной войны. И понятно, почему он выбрал тему Абхазии. Это еще одна возможность обвинить Александра Лукашенко в двуличии – вот, нам обещал признать грузинские автономии независимыми государствами, а сам показываешь по телевизору Михаила Саакашвили. Это еще и информация специально для Саакашвили – вот видишь, никакой он тебе не друг и не союзник, он нам обещал, при свидетелях!
Но Михаил Саакашвили и не думает, что Александр Лукашенко – его большой друг и союзник. Михаил Саакашвили думает, что Александр Лукашенко – политик, интересы которого на данном этапе совпали с интересами президента Грузии. Если изменятся обстоятельства – могут измениться и интересы. Но пока что Михаилу Саакашвили весьма приятно выступать по Белорусскому телевидению и рассказывать белорусам о их европейском пути и о российском давлении. Ведь, так или иначе, это изменяет белорусское общественное мнение, заставляет граждан Беларуси по-другому отнестись к собственным государственным ценностям.
Слова Дмитрия Медведева тоже изменяют общественное мнение, только не белорусское, а российское. Они в очередной раз доказывают россиянам, что никаких союзников на постсоветском пространстве у России нет – есть только те, кого Россия покупает за дешевые энергоносители или кредиты. Даже братья-белорусы, с которыми строили союзное государство и относились как к родным, оказались не такими уж простыми, а их «батька», который еще недавно был героем среднестатистического россиянина, легко нарушает обещания, которые дает российскому президенту. Ну а дальше-то что?
Если Россия собирается смещать Лукашенко и заменять его политиком, который будет не обещать, а делать все то, что захочется Кремлю – тогда можно и дальше рассказывать о его словах, сказанных при свидетелях. Но если таких планов нет – или осуществить их не представяется возможности – тогда совершенно неясно, зачем президенту России обличать неверного союзника, с которым придется иметь дело и в будущем. Ведь в таком случае это уже не война и даже не демонстрация силы. Это демонстрация бессилия.
9 февраля произошло одно из ключевых событий в предвыборной кампании Владимира Путина: он выступил на съезде Российского союза промышленников и предпринимателей – самого мощного объединения бизнеса в стране. На этот раз Путин не брал однодневного отпуска, но выступал он, конечно, не как премьер, а как кандидат в президенты, более того – как будущий президент. И съезд крупного бизнеса воспринимал его именно в таком качестве, несмотря на то, что еще до Путина перед делегатами выступил другой кандидат в президенты, казалось бы, свой, предприниматель, член бюро правления РСПП Михаил Прохоров.
Украинская оппозиция готовится к серии протестов против непопулярных социально-экономических реформ власти. Власть пока ограничивается «косметическими» перестановками в правительстве. К чему приведет такая ситуация? Насколько вероятна «украинская весна» по арабскому сценарию? На эти и другие вопросы «Политком.Ру» отвечает украинский политолог, директор Центра прикладных политических исследований «Пента» (Киев) Владимир Фесенко.
В кипении страстей антипутинских и пропутинских митингов и в мощном поле притяжения общественного внимания, которое создает энергичная предвыборная активность самого Владимира Путина, публичная деятельность Дмитрия Медведева оказалась как-то на периферии, многие даже стали забывать, что он все еще является и до мая будет оставаться президентом. Очевидно, что такая ситуации самому Медведеву не нравится, и 6 февраля он встретился с общественным комитетом сторонников, чтобы напомнить о своих президентских полномочиях и своих ближайших планах по политической реформе.
Два года назад в истории Северного Кавказа произошло важное событие – был создан отдельный Северо-Кавказский федеральный округ. Существуют разные оценки эффективности этого решения и в целом той политики, которую федеральный центр проводит на Кавказе. Российские власти по-прежнему упрекают в отсутствии целенаправленной и осмысленной кавказской политики, а сами регионы Северного Кавказа продолжают восприниматься многими в сугубо негативном свете, как рассадники терроризма и коррупции, которым может быть и вовсе не место в Российской Федерации. С нашей точки зрения, в обсуждениях кавказской проблематики не хватает прежде всего объективного, очищенного от страстей и эмоций анализа ситуации, на основе которого можно было бы давать и осмысленные рекомендации властям.
Одним из главных кадровых распоряжений Януковича наступившего года, стало назначение Валерия Хорошковского новым министром финансов Украины. Для многих в стране это оказалось сюрпризом, главу Службы безопасности Украины считали не самой проходной фигурой на эту должность. Возможно, здесь уместно будет вспомнить, что ещё в сентябре прошлого года автор дал прогноз (http://www.politcom.ru/12495.html) этой кадровой перестановке в правительстве, где в частности писал: «…Следовательно, можно предположить, что глава СБУ готовится сменить площадку и уйти на повышение. Какое же место кроме премьерского, может означать повышение для Хорошковского?
Во властных кулуарах давно говорят о создании под эгидой Минфина структуры, которая объединит под одной крышей Государственные таможенную службу и налоговую администрацию…»
RSS 2.0
Взгляд
