В списке нареканий к российским судам главенствуют две позиции: предельная сервильность судов в любых делах, имеющих политический оттенок, и так называемый обвинительный уклон — тенденция любой ценой уклоняться от вынесения решений, которые могли бы поставить под сомнение позицию государственного обвинения или «помешать» силовикам в борьбе с преступностью.
В очередной раз внимание общественности приковано к громким заявлениям российских властей о неожиданно назревшей потребности объявить войну клановости экономики, коррупции и воровству. Тот факт, что общество и экономика задыхаются от произвола монополий и чиновничьего беспредела, а система государственного управления с самого верха парализована судорогой коррупции, судя по всему, не вызывает сомнений у подавляющей части населения России.
Декабрь закрепил сложившуюся в прошлом году тенденцию: темпы роста кредитов населению существенно превышают темпы роста кредитов предприятиям реального сектора экономики.
Сегодня многообразие дискуссий о модернизации России все более четко сводится к одному главному вопросу — заниматься модернизацией общества или создавать «сообщество модернизаторов»…
Первое предполагает институциональную социальную инженерию: реформирование ключевых социальных институтов, поддержку ключевых с точки зрения модернизации социальных групп, создание и развитие новой социальной среды, новых принципов и ткани повседневной жизни общества, благодаря чему запускается процесс генерирования обществом «нового самого себя» изнутри.
Второй подход ближе к проектному. Он требует больше столь милого государству ручного управления, выделения «прорывных технологических направлений», создания для тех, кто в них работает, особых условий работы и жизни, ручного поиска и сбора по всей стране и миру существующих инноваторов — ученых, специалистов, менеджеров, творческих пассионариев.
Выбор, который делает сегодня российская власть, достаточно очевиден. Выделены пять приоритетных направлений технологической модернизации, которыми в ручном режиме занимается президентская комиссия. Главным флагом модернизации стал сколковский проект, на территорию которого не должно попасть повседневное российское государство и где вместо этого должна быть создана своя социальная и правовая среда, эффективная бизнес-администрация и особая милиция.
Причины такого выбора можно обсуждать довольно долго, но по большому счету они сводятся к двум основным соображениям, о которых не говорят громко, но они более или менее понятны всем. Во-первых, сегодня Россия является страной ручного управления, а ресурсов этого управленческого метода больше чем на одну долину и несколько иных приоритетных проектов может и не хватить. Во-вторых, высшая власть продолжает ощущать себя главным и единственным «европейцем», у которого двуединая задача. Прежде всего — сделать так, чтобы повседневная патерналистская Россия (включая и обыденное государство, которое в законопроекте о Сколкове вымарывается с его территории с решительностью пресечения оппозиционных митингов) не подавляла активный авангард модернизации. А сверх того — следить и за тем, чтобы этот самый авангард своим активизмом, жаждой перемен и рывков вперед не доводил до некоей новой перестройки, образ которой для элиты является важным фактором плохого сна.
Ход властной модернизационной мысли понятен, но, как ни крути, в среднесрочной перспективе проектный подход не может заменить или отменить задач более широкой социальной модернизации. Процессам социальной инженерии придется запускаться практически одновременно с развитием «сообщества инноваторов», и по мере своего созревания они должны включаться, как вторая ступень двигателей модернизации. В противном случае, если будут развиваться только оазисы инноваторов, а широкая социальная ткань общества, социальных групп и институтов будет ветшать и оставаться рентно-сырьевой, — тогда рано или поздно широкая социальная система перестанет воспроизводить себя. А ее деградация, как наступающая пустыня, лишит любые «долины» источников воды (т. е. новых поколений инноваторов, ученых, инженеров). Одновременно сами инноваторы в отсутствие принципиальных изменений в развитии общества в целом всегда будут более склонны к личной модернизации без страны, к непосредственной или же к внутренней эмиграции.
Иначе говоря, формирование «сообщества инноваторов», стимулирование проектной модернизации, может быть, и необходимо для того, чтобы создать первые и относительно быстрые результаты модернизации, а также накопить и опробовать те управленческие, экономические, социальные технологии, которые затем могут быть, как говорит власть, масштабированы на общество в целом. Но в то же время долгосрочной, устойчивой и успешной модернизация будет только тогда, когда одновременно со стимулированием общества инноваторов и накоплением их некой первичной критической массы будет начат более долгий и глубинный процесс перехода страны и ее социальных институтов к новому, современному состоянию.
С политической точки зрения это означает, что если первый срок своих президентских полномочий Дмитрий Медведев посвящает сейчас технологической модернизации и, по сути, лабораторному эксперименту со Сколковом, то решение идти на второй срок будет требовать от президента институциональных новелл а-ля Сколково в масштабах всей страны и, если удобен проектный подход, создания еще одной комиссии — по социальной модернизации.
Соответствующих приоритетных направлений тоже можно выбрать, к примеру, пять.
Первое. Устранение искажений социальной роли системы образования. Образование (а не богатство, клановость и т. д.) должно быть главным «институтом социального неравенства» и вертикальной мобильности в обществе. При этом, чтобы нормализовать саму систему образования и мотиваций к его получению, нужно решать вопрос о переходе к профессиональной армии.
Второе. Налоговая система в настоящее время является одним из главных антимодернизационных механизмов, поскольку консервирует сырьевую направленность экономики, «экономику экспортной трубы». Вполне возможно, уже нельзя обойтись без того, чтобы принципиально разделить условия деятельности и режимы развития для сырьевых (ресурсных) отраслей и для новой (инновационной) экономики, создавая для последней принципиально иные льготные налоговые условия работы.
Реформирование налоговой системы может быть инструментом внедрения новых моделей социального поведения, дополнительного стимулирования активности граждан в получении образования, формировании образовательного капитала для детей, заботе о собственном здоровье. Реформа налоговой и бюджетной системы будет способствовать развитию федерализма, повышению уровня самостоятельности и ответственности регионов и местных властей, в том числе ответственности перед гражданами через механизмы «демократии налогоплательщиков».
Третье. Реформа пенсионной системы и здравоохранения, повышение продолжительности жизни граждан. Российское общество в настоящее время остается обществом спринтеров, преимущественно живет короткими стратегиями. Развитие современной пенсионной системы и здравоохранения — ресурс перенастройки на долгосрочный лад жизни всего общества и личных стратегий граждан. Модернизация пенсионной системы, возможно, будет влиять на рост рождаемости и повышение роли семейных ценностей (семейная поддержка детей является в старости альтернативой собственной или государственной пенсии для сохранения уровня жизни).
Четвертое. Реформа МВД. На сегодняшний день именно МВД является главным институтом «повседневного государства», с которым сталкиваются граждане. Массовое восприятие милиции как источника опасности, а не безопасности и правопорядка является самой острой проблемой доверия и обратной связи между властью и обществом. Способность качественно реформировать систему внутренних дел и создать новую российскую полицию чем дальше, тем больше будет становиться главным электоральным фактором в России и, быть может, предопределит то, кто выиграет президентские выборы если не в 2012-м, то в 2018 г.
Наконец, пятое — современное электронное государство. Данное направление является основным в повышении эффективности и скорости работы государства, системы госуправления, снижении уровня административных барьеров в экономике и уровня коррупции. В конце концов, не стоит забывать, что именно укрепление сетевого общества и внедрение информационных технологий президент Медведев небезосновательно считает важнейшим направлением развития демократии, свободы слова и политической системы.
Эти приоритетные направления можно и уточнить, и расширить. Главный вопрос состоит в другом: можно ли сделать эти темы главными темами обсуждения и политического выбора в рамках избирательной кампании 2011-2012 гг.? От этого во много зависят не только перспективы широкой социальной модернизации, но и судьба «сколковского процесса».
Дмитрий Бадовский – заместитель директора Института социальных систем
Материал опубликован в газете «Ведомости» 29.06.2010, 117 (2635)
9 февраля произошло одно из ключевых событий в предвыборной кампании Владимира Путина: он выступил на съезде Российского союза промышленников и предпринимателей – самого мощного объединения бизнеса в стране. На этот раз Путин не брал однодневного отпуска, но выступал он, конечно, не как премьер, а как кандидат в президенты, более того – как будущий президент. И съезд крупного бизнеса воспринимал его именно в таком качестве, несмотря на то, что еще до Путина перед делегатами выступил другой кандидат в президенты, казалось бы, свой, предприниматель, член бюро правления РСПП Михаил Прохоров.
Украинская оппозиция готовится к серии протестов против непопулярных социально-экономических реформ власти. Власть пока ограничивается «косметическими» перестановками в правительстве. К чему приведет такая ситуация? Насколько вероятна «украинская весна» по арабскому сценарию? На эти и другие вопросы «Политком.Ру» отвечает украинский политолог, директор Центра прикладных политических исследований «Пента» (Киев) Владимир Фесенко.
В кипении страстей антипутинских и пропутинских митингов и в мощном поле притяжения общественного внимания, которое создает энергичная предвыборная активность самого Владимира Путина, публичная деятельность Дмитрия Медведева оказалась как-то на периферии, многие даже стали забывать, что он все еще является и до мая будет оставаться президентом. Очевидно, что такая ситуации самому Медведеву не нравится, и 6 февраля он встретился с общественным комитетом сторонников, чтобы напомнить о своих президентских полномочиях и своих ближайших планах по политической реформе.
Два года назад в истории Северного Кавказа произошло важное событие – был создан отдельный Северо-Кавказский федеральный округ. Существуют разные оценки эффективности этого решения и в целом той политики, которую федеральный центр проводит на Кавказе. Российские власти по-прежнему упрекают в отсутствии целенаправленной и осмысленной кавказской политики, а сами регионы Северного Кавказа продолжают восприниматься многими в сугубо негативном свете, как рассадники терроризма и коррупции, которым может быть и вовсе не место в Российской Федерации. С нашей точки зрения, в обсуждениях кавказской проблематики не хватает прежде всего объективного, очищенного от страстей и эмоций анализа ситуации, на основе которого можно было бы давать и осмысленные рекомендации властям.
Одним из главных кадровых распоряжений Януковича наступившего года, стало назначение Валерия Хорошковского новым министром финансов Украины. Для многих в стране это оказалось сюрпризом, главу Службы безопасности Украины считали не самой проходной фигурой на эту должность. Возможно, здесь уместно будет вспомнить, что ещё в сентябре прошлого года автор дал прогноз (http://www.politcom.ru/12495.html) этой кадровой перестановке в правительстве, где в частности писал: «…Следовательно, можно предположить, что глава СБУ готовится сменить площадку и уйти на повышение. Какое же место кроме премьерского, может означать повышение для Хорошковского?
Во властных кулуарах давно говорят о создании под эгидой Минфина структуры, которая объединит под одной крышей Государственные таможенную службу и налоговую администрацию…»
RSS 2.0
Взгляд
